Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 77 – Сергей Орлов

На углу, возле глубокой каменной подворотни, я ненадолго задержался — сделал вид, что поправляю сапог, а сам быстро скользнул взглядом по улице. Жаровск уже полностью проснулся. Водовоз натужно ругался с лошадью, двое подмастерьев из артефактной лавки тащили на плечах длинный запечатанный брус, а у дверей пекарни спорили о цене первые покупатели. Никакой слежки за собой я не засек. По крайней мере, открытого хвоста не было.

И именно это настораживало больше всего. Враги, которые не светятся на улицах, обычно бьют без предупреждения.

Тяжелый колокол на городской ратуше отбил семь ударов. В половине восьмого в «Серебряном молоте» меня уже должны были ждать Гусятников, Бердышев и Мездрин. Ночью люди Мозыря развезли им приглашения, и они должны были на них откликнуться. Следом за ними нужно было разобраться с казной Гильдии Оценщиков, куда мне требовалось занести шестьдесят девять золотых, а к одиннадцати нужно было успеть в аукционный дом.

В запасе оставалось минут двадцать. Ровно столько, чтобы добежать до номера, скинуть насквозь отсыревшую одежду, смыть грязь и привести себя в нормальный вид. На предстоящей встрече с купцами я обязан был выглядеть человеком, с которым можно вести серьезные дела, а не оборванцем, который только что вылез из затопленного заброшенного колодца.

Я машинально похлопал по внутреннему карману куртки, проверяя сохранность добычи. Плотная тетрадь лежала на месте. Двадцать три уникальных лота, двадцать тысяч оценки по официальному каталогу и больше трехсот тысяч реальной стоимости.

С таким неопровержимым козырем в кармане купцы будут слушать меня предельно внимательно, забыв про любые сомнения. Главное было смыть с себя следы утренней заварухи и зайти в заведение ровно в срок, без единой минуты опоздания.

Из-за поворота улицы наконец показался знакомый фасад «Серебряного молота». Постоялый двор уже вовсю просыпался. Деревянные ставни на первом этаже были распахнуты настежь, из высокой печной трубы к блеклому утреннему небу тянулся сизый дымок, во внутреннем дворе конюх звонко гремел металлическими ведрами, а из кухонного окна на всю улицу тянуло густым ароматом жареного лука и сытной свежей каши.

На резных перилах крыльца, аккуратно обвив лапы пушистым хвостом, неподвижно восседал Себастьян. Кот сидел так ровно и выверенно, будто находился здесь уже не первый час и ждал именно моего появления. Как только я подошел к первой ступени, он едва заметно дернул носом и брезгливо прищурился.

«Господин Морн, от вас пахнет болотной тиной, покойником и, простите за прямоту, какой-то тухлятиной», — раздался у меня в голове его бархатный голос. — «Вы что, ночевали на кладбище? Так себе хобби… но не мне вас судить».

«И тебе доброе утро»,— мысленно отозвался я, не сбавляя шага и бегло сканируя окна второго этажа. — «Как у нас дела? Ночью было спокойно?»

Кот даже не шелохнулся. Лишь его крупные желтые глаза медленно сузились в два внимательных, опасных разреза.

«Не совсем…»

Я резко остановился на первой ступени крыльца.

«Что ты имеешь в виду? Вика и Феликс в порядке?»

Кот скупо кивнул.

«Да… Речь идет о событиях до прихода госпожи…»

Я раздраженно фыркнул. Времени до встречи с купцами оставалось в обрез, и витиеватая, неторопливая манера Себастьяна выдавать информацию сейчас только подливала масла в огонь.