Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 25 – Сергей Орлов

— Присаживайтесь, — я указал рукой на свободные места напротив. — Думаю, это просто небольшое недоразумение, которое мы очень быстро решим.

Рябов устроился с привычным комфортом вальяжного хозяина жизни: раздвинул колени, упер между ними резную трость и аккуратно сложил ладони на ее набалдашнике, пока с его пышного мехового воротника на сухое дерево столешницы медленно стекали дождевые капли.

На его фоне Кутейкин выглядел полнейшей противоположностью. Чиновник осторожно примостился на самом краешке жесткой скамьи, словно готов был сорваться в бегство в любую секунду, и выложил перед собой пухлую папку. При этом он так и не снял с бечевки своих тонких пальцев с въевшейся под ногти чернильной пылью.

Под этим тяжелым давлением гостей вдова не удержалась на ногах. Она тяжело опустилась на стул справа от меня, судорожно ловя ртом воздух после бега по ливню. Женщину продолжал колотить мелкий озноб. Напуганная появлением чиновника, она вцепилась обеими ладонями в краешек столешницы, сжимая промокшую ткань своего платка и удерживая дерево так крепко, будто опиралась на единственную опору.

Нервное напряжение за нашим столом моментально передалось и остальному залу. За стойкой установилась глухая тишина, когда Стужев замер с только налитой кружкой пива в руках. Вслед за этой паузой из темноты коридора у подсобных помещений вынырнула лохматая голова Гришки. Кузнец коротко оценил обстановку, сообразил, чем пахнет визит представителей Гильдии Оценщиков, и бесшумно шмыгнул обратно в укрытие.

Единственным, кого абсолютно не волновало появление гостей, оставался Себастьян. Он просто сидел на соседнем стуле, игнорируя общую суету, и продолжал спокойно доедать кусок свежего тунца. На вошедших гостей фамильяр бросил один короткий, презрительный взгляд и тут же безразлично вернулся к своей тарелке.

— Дело вот в чём, господин Морн, — начал Рябов. Его мягкий баритон звучал с идеальной, выверенной ровностью. — Сегодня вечером вы провели оценку коллекции покойного мужа этой почтенной дамы. Сделали это при свидетелях, прямо за этим самым столом. Вы назвали точную стоимость каждой вещи. После чего госпожа отправилась к господину Бердышеву и продала ему зеркала строго по озвученной Вами Оценки. Ну а вы, разумеется, взяли себе с этой продажи десятую долю. Я ничего не упустил? Всё верно?

— Всё верно, — ответил я спокойным тоном, сохраняя абсолютно невозмутимое лицо. — Однако я всего лишь уберег свою давнюю знакомую от местных аферистов, пытавшихся выкупить у нее редкие вещи за жалкие гроши. В ответ сударыня решила меня отблагодарить. Насколько я помню, в городских правилах нет ни слова о запрете на дружескую взаимную вежливость.

Пауза за столом стала тяжелой, потому что каждый присутствующий в трактире прекрасно сообразил, в чей именно огород полетел этот камень.

При слове «аферисты» мои гости хмуро переглянулись, но всё же Рябов проигнорировал укол. Он лишь слегка повернул голову и размял затекшие пальцы на набалдашнике трости, совершенно не сбиваясь с наглого, хорошо поставленного тона.

— Вот только за сегодняшний день это далеко не первая ваша оценка, сделанная за деньги. Насколько нам известно, вы уже несколько часов непрерывно принимаете людей.

— Ну а что вы хотели, — я пожал плечами с легкой, едва заметной ухмылкой. — У меня в этом городе очень много друзей.