Книга Последний гамбит, страница 59 – Дженнифер Линн Барнс

— Тоби в порядке? – Зара шагнула к Орену. – Джон, мой брат в порядке?

Он мягко встретил ее взгляд и сообщил ей все, что мог:

— Он жив.

— Но вы его еще не нашли? – потребовала ответа Зара. В ее голосе звенел лед. Я уловила момент, когда она осознала, с кем разговаривала, и поняла, что если Орен не мог найти Тоби, то велика вероятность, что его не найдет никто.

— Мы думаем, что между Тоби и его похитителем есть семейная связь, – сказала я.

Лицо Зары дрогнуло, словно мелькнула рябь на воде.

— Если вы пришли сюда, чтобы предъявить обвинение, то советую вам перестать ходить вокруг да около и сделать это.

— Мы не собираемся обвинять в чем-либо тебя, – сказал Грэйсон с абсолютным, невозмутимым спокойствием. – Мы хотим узнать о твоем первом муже.

— Кристофере? – Зара изогнула бровь. – Уверена, вы не хотите этого.

— Похититель Тоби присылает нам подсказки, – сказала я, торопливо подбирая слова. – Последняя связана с библейской притчей о блудном сыне.

— Мы ищем, – заявил Грэйсон, – того, кто видел в Тобиасе Хоторне отца и чувствовал, что с ним обошлись несправедливо. Расскажи нам о Кристофере.

— Он был всем, чего от меня ожидали. – Зара подняла ножницы, чтобы срезать белую розу. – Состоятельная семья, политические связи, обаятельный.

Богатство, сказала Алиса. Влияние. Связи.

Зара положила розу в черную корзину, затем срезала еще три бутона.

— Когда я подала на развод, Крис пришел к моему отцу и разыграл из себя послушного сына, ожидая, что старик вразумит меня.

Теперь настала очередь Грэйсона выгнуть бровь:

— Как сильно он был раздавлен?

Зара улыбнулась:

— Могу тебя заверить, развод прошел мирно. – Другими словами: он был полностью раздавлен. –Но это не имеет значения. Кристофер погиб в результате несчастного случая на лодке вскоре после того, как все закончилось.

Нет, подумала я и почувствовала дрожь в коленях. Только не еще один тупик.

— А что насчет его семьи? – спросила я, не желая сдаваться.

— Он был единственным сыном, и его родители тоже умерли.

Я чувствовала себя мышью, которую представила до этого: будто меня заставили думать, что у меня есть шанс, хотя на самом деле его никогда не было. Но я не могла сдаться.

— Есть вероятность того, что у вашего отца был еще один сын? – задала я вопрос, возвращаясь к этому варианту. – Помимо Тоби?

— Предполагаемый наследник, который не выполз из укрытия, после того как было зачитано завещание? – насмешливо уточнила Зара. – Когда на кону миллиарды? Вряд ли.

— Тогда что мы упускаем? – с бо́льшим отчаянием в голосе, чем я хотела бы признать, произнесла я.

Зара обдумала вопрос.

— Мой отец любил говорить, что у нашего разума есть способ обмануть нас, заставив выбирать между двумя вариантами, когда на самом деле их семь. Дар Хоторнов в том, что мы всегда видим все семь.

— Определи предположения, рожденные твоей логикой, – сказал Грэйсон, явно цитируя очередное правило Хоторнов, – затем вычеркни их.

Я подумала об этом. Какие предположения мы сделали? Что Тоби – блудный сын, а Тобиас – отец. Это казалось очевидным, учитывая историю Тоби, но в этом и была суть загадок. Ответ не был очевидным.

И во время первого разговора похититель Тоби назвал себя стариком.

— Что, если мы уберем из этой истории Тоби? – спросила я у Грэйсона. – Что, если твой дед не отец из притчи? – Мое сердце забилось в груди. – Что, если он один из сыновей?