Книга Маленькая жестокая правда, страница 41 – Дженнифер Линн Барнс

Ник пожал плечами.

— Он знает, что мы не сестры, – оповестила я Кэмпбелл. – Я рассказала ему.

Ник усмехнулся:

— Не думаю, что мне нужно было знать…

— Но теперь ты знаешь, – закончила за него Кэмпбелл. – Вот и чудесненько, – она ослепительно улыбнулась ему. – В таком случае, полагаю, Сойер также рассказала тебе, что мы нашли тело двадцатилетней давности, которое, возможно, оказалось на дне Королевского озера не без вмешательства кого-то из Эймсов?

Нет, этого я не рассказывала.

Ник прищурился:

— О чем, черт возьми, она говорит, Сойер?

— О Леди Королевского озера, – подсказала Кэмпбелл.

— Я знаю про останки, – по-прежнему глядя на меня, ответил Ник. – Я же владелец бара. В курсе всех новостей. Но почему Кэмпбелл говорит, что кто-то из ее семьи имеет отношение к этому телу?

Если Кэмпбелл стремилась подпитать неприязнь Ника к своей семье, то ей это удалось, что уж говорить.

— Кэмпбелл спешит с выводами, – сказала я, но нельзя было оставлять все как есть, потому что Ник заслуживал бóльшего, чем снова оказаться игрушкой в ее руках. Как бы мне ни хотелось, я не могла отогнать от себя сомнения, которые Кэмпбелл зародила в моей душе неделю назад, но и Нику я солгать не могла. – От ее отца когда-то залетела несовершеннолетняя девушка. Насколько мы можем судить, о ней вот уже двадцать лет никто ничего не слышал.

Ник провел рукой по волосам, растрепав прическу, а затем заставил себя улыбнуться всем, кто наблюдал за ним.

— Вы двое вообще себя слышите? Вы ведь понимаете, что это ненормально, да?

— Что ненормально? – весело спросил чей-то голос.

Я повернулась к Сэди-Грэйс. Стоявший рядом с ней Бун вытянул руки, словно пытаясь заключить мое лицо в рамку.

— И вдруг! – драматично воскликнул он. – Видение в красном возникло предо мной, и звали ее…

Я бросила на него предостерегающий взгляд, который, впрочем, его почти не остановил.

— Сойер, – прошептал он. – Ее звали Сойер.

Пусть фамилия Буна и была Мейсон, но он был один из Эймсов, и, хотя Ник ничего не имел против него конкретно (насколько мне было известно), я не могла отделаться от мысли, что мой спутник, вероятно, уже сыт по горло Эймсами и всем, что с ними связано. Пожалуй, ему – как и мне – хотелось, чтобы мы вернулись к его машине и мои руки касались его волос.

«Не все сбывается, чего желается». Прокручивая в голове эту поговорку, я отвела взгляд от Ника и остальных. С другой стороны комнаты к Лилиан и Дэвису Эймсу подошла безупречно одетая пара. Мужчине на вид было лет семьдесят, не меньше; женщина, которую он обнимал, выглядела ненамного старше моей мамы. У нее была светло-коричневая кожа, у него – светлее. Они были похожи со своей дочерью, что я смогла бы узнать в них родителей Виктории, даже если бы она не упомянула об их заметной разнице в возрасте.

Отец Виктории с непроницаемым лицом пожал руку Дэвису Эймсу.

— Земля вызывает Сойер! – окликнула меня Кэмпбелл.

Я понятия не имела, что пропустила.

— Мы как раз собирались обсудить, как невероятно элегантно я выгляжу в этой шляпе, – сообщил мне Бун, проводя пальцами по полям. – Я был рожден для федор!

Не знаю, было ли страдальческое выражение на лице Ника вызвано Буном и федорами или все же разговором, который он, Кэмпбелл и я вели до того, как нас прервали.