Книга Маленькая невинная ложь, страница 146 – Дженнифер Линн Барнс

— Ты велела ей уйти.

— Я не могла позволить ей сказать это. Да простит меня бог, я не могла допустить, чтобы она произнесла эти слова.

— Поэтому ты выгнала ее прежде, чем она успела что-то сказать.

— Конечно, я должна была вышвырнуть из дома его. – Голос Лилиан оставался невозмутимым. – Но еще до того, как она попыталась рассказать, кто отец ребенка, Элли ясно дала понять, что это она была инициатором. Она хотела, чтобы я знала, что это ее рук дело. Что ты принадлежишь ей.

Я подумала, не таким ли образом Грир уговорила маму и Ану заключить пакт. Если они забеременеют и у них родятся дети, то у них появится кто-то, кто будет любить их безоговорочно.

Этот кто-то будет принадлежать только им.

— У вас с Лили разница всего в два месяца. – Голос Лилиан впервые дрогнул. – Как раз перед тем как Элли пришла ко мне, вся такая дерзкая и торжествующая, и бросила мне вызов – хватит ли у меня смелости попытаться забрать тебя у нее, – Оливия тоже приходила ко мне.

— Она тоже была беременна.

Две дочери, и обе ждали ребенка от одного и того же мужчины.

— Джей Ди знал? – Я не могла назвать его дядей. – Обо мне?

— Должен был, – ответила Лилиан приглушенным голосом. – Но он никогда не демонстрировал даже намека на это.

Что же он тогда за человек такой?!

— Зачем ты вернула меня сюда? – спросила я. – Ты, можно сказать, подначивала меня узнать правду. Если ты знала, пусть даже просто подозревала, – зачем это было?

Лилиан поставила чашку с кофе на стол. Ее осанка была безупречной: спина прямая, подбородок гордо поднят. Она словно позировала для портрета.

— Тебе восемнадцать, – произнесла бабушка. – Мама скрывала тебя от меня восемнадцать лет, и, возможно, это было моим наказанием. Возможно, я заслужила это за свои упрямство, заблуждения и нежелание видеть правду. Но ты заслуживаешь бóльшего – и она тоже.

Я вспомнила, как Лилиан платила Трику, чтобы мама продолжала работать у него. Она платила ему много лет.

— Мне нужно было, – сказала Лилиан, – все исправить.

— А как насчет Лили? – выпалила я. – И Джона Дэвида и…

— Я не знаю, – ответила она. Было дико слышать, как грозная Лилиан Тафт произносит эти слова. – Если ты хочешь уйти, если ты чувствуешь ко мне то же, что и твоя мама, я не стану винить тебя, Сойер. У меня было девять месяцев. Я наблюдала, как ты расцветаешь. И я вряд ли все это заслужила.

Когда я попросила аванс из трастового фонда, Лилиан изменила в контракте срок моего пребывания у нее. Речь шла о всех летних каникулах, начиная с этого момента и до окончания колледжа. Но если бы я прямо сейчас встала и ушла, подозреваю, бабушка все равно отдала бы деньги. С контрактом или без него, с поправками или без них, я могла стать богаче на полмиллиона долларов. Свободной.

И жить одна.

Возможно, так было бы лучше всего – не только для меня, но и для Лили. Когда я думала о кузине – но она всегда была для меня больше, чем просто кузина, – то вспоминала каждое мгновение, проведенное вместе, каждый секрет, который мы делили, каждый скандал, который мы предотвратили, и каждое преступление, соучастницами которого мы стали.

Я подумала об Уокере и Кэмпбелл, о Сэди-Грэйс и Буне и о том, что, какими бы безумными ни были последние девять месяцев, я прошла через них не в одиночку.