Книга Слева Направо и Справа Налево, страница 32 – Дженнифер Линн Барнс

— Что-то ты долго. – Гарри каким-то образом сразу догадался, что я справилась с его головоломкой.

— Очень смешно.

— Лимонный сок.

Стало понятно, почему он так настойчиво просил купить лимоны.

— Поднимайся! – резким тоном сказала я. Мы тренировались каждый день, но он все еще не мог обходиться без моей помощи.

Даже просто стоять ему еще было тяжело.

— Миним – капля жидкости. Бурбона, например, – Гарри наслаждался собой, не выказывая ни малейшего желания вставать. – Танат – древнегреческий бог смерти. Очень в тему, ты не находишь?

Я сердито смотрела на него.

— Более чем.

— И айбофобия, – это слово доставило ему особое удовольствие. – Страх перед палиндромами.

— Ты это придумал!

— Нет. – По его каменному лицу невозможно было понять, правду он говорит или нет, и я снова приказала ему встать.

Он подчинился. Мои руки уже точно знали, как правильно его поддержать, а его тело уже больше не сопротивлялось этой помощи.

— Попробуй сделать шаг, – сухим тоном предложила я, мысленно приготовившись к очередному едкому ответу, но любитель палиндромов удивил меня своим серьезным настроем. Он попытался перенести вес и оторвать одну ногу от пола.

С трудом, но он медленно протащил ее вперед.

— Он являл собой воплощение красоты и грации, – съязвил Гарри, но насмешка появлялась, скорее, в выборе слов, чем в его тоне.

— Это из-за ушиба головы.

Я точно не знала, насколько тяжелую травму головного мозга он получил при падении, но этот вывод напрашивался сам собой. Его ноги не пострадали от огня, признаков повреждения позвоночника тоже не было.

Я попыталась положить его обратно на матрас, но Гарри воспротивился. Светлый ободок вокруг темно-зеленой радужки его глаз стал заметнее.

— Сделаем перерыв.

Я увидела, как расширились его зрачки. Словно черные волны накатились на пляж из белого песка.

— Покажи, что у тебя в кармане, – предложил Гарри в ответ, – и я, как кроткий ягненок, сделаю еще одну попытку.

Если Гарри – кроткий ягненок, то я английская королева.

— Я ничего тебе не покажу, пока ты не сядешь.

Он сел. Помедлив, я все же вытащила из кармана жетон, который нашла у него в бумажнике.

Гарри уставился на него.

— Где ты его взяла?! – мигом ожесточившись, хриплым голосом спросил он. Мой пациент уже давно не говорил со мной таким тоном. С тех самых пор, как мучился в страшной агонии.

— Ты узнал его, – я опустила глаза на жетон.

— Где? – вопрос прорезал воздух, словно ледяной меч.

— В твоем бумажнике.

Не знаю, зачем я сказала ему это. Почему позволила ему забрать похожий на монету жетон, который он тут же со всей силой кинул в стену.

Я вздрогнула. Впервые в жизни.

Дверь в лачугу распахнулась. Взгляд Джексона встревоженно заметался между мной и Гарри.

«Не Гарри», – шепнул голос в моей голове. Понимание того, что это Тоби, разъедало сердце.

— Ты узнал этот диск. Что это такое? Что ты вспомнил?

— Ничего! – Он не врал. Я чувствовала это точно так же, как ему всегда безошибочно удавалось почувствовать мою ложь. – Я ни черта не помню, но почему-то уверен: его у тебя быть не должно!

Я долго смотрела на него, словно пытаясь заглянуть в его голову, пытаясь понять, начал ли он вспоминать, кем был, пусть и еще на уровне подсознания.

— Так забери его себе, – ответила я, собираясь поднять жетон.