Книга Проект «Наполеон», страница 69 – Вячеслав Уточкин

Похоже, этот звук-хулиган привёл с собой друзей. Вдалеке послышались стоны, крики, хриплый и противный голос.

— Вытаскивай этих двоих быстрее! Магистр предупредил: если ещё хоть один сдохнет, сами на жертвенник пойдём, — раздался писклявый, раздражающий звук.

— Тащу, тащу, чего орёшь?! Сам, алкаш, в прошлый раз всё проспал, а теперь я, видите ли, виноват! — ответил хриплый голос.

— Ещё раз пасть раскроешь, последние зубы выбью, а потом в яму столкну! За ноги бери, да потащили, придурок. И так от этой дряни голова кружится!

В пустоту, через дыру, пробитую звуком, проникли другие чувства. Зрение, осязание, тактильные ощущения — все они разом накинулись на пустоту и разбудили мой разум.

— Ох ты ж, дракоша, где мы? — мысленно спросил я.

— Где, где… подобрать к этому слову рифму? — зло отозвался чешуйчатый.

— А почему я не могу контролировать тело? — удивлённо спросил я.

— Так я же говорил: ты надышался пыльцой Забвения. Теперь сутки ничего сделать не сможешь, — буркнул Дракоша.

В поле моего зрения попадали то каменные своды, то толстый зад в рваных, грязных портках. Потом меня бросили на землю, и я оказался лежащим на боку. Жизнь — штука жестокая: контроля над телом нет, а вот вся боль чувствуется по полной. Возле самого носа мелькнули вонючие, заношенные башмаки. Рядом с глухим стуком упало тело Антонио. Попытка спрятаться в астрале закончилась провалом. Все дары дракона оказались недоступны. Похоже, что белые и чёрные полоски на зебре моей жизни закончились, оставив только подхвостовое место.

— Аккуратно берём тело из этого ряда и кладём на алтарь, — мощный бас, от которого дрожали мелкие камни, раздался вне моего поля зрения. — Сегодня великий день! Князь Тьмы примет эти жертвы и дарует нам колоссальную силу для покорения мира!

Субъект в вонючих башмаках вновь протопал мимо моего носа. Меня грубо схватили за руки, кто-то ещё — за ноги, и, приподняв, бросили на холодную каменную плиту лицом вверх.

— Ну нифига себе, сколько здесь энергии от разбитых пазлов, — плотоядно сглотнув, сказал Дракоша.

— Так забери её и очисти мой организм от этой дряни! — мысленно вскричал я.

— Мне придётся использовать твоё тело как насос. Это будет очень больно. Если прервёшь процесс, потеряв сознание, твой мозг просто спечётся, и ты станешь идиотом, — предупредила рептилия.

— Ага, а если я этого не сделаю, то меня сожрёт демон. Хрен редьки не слаще! Действуй, пока нас не прикончили! — мысленно крикнул я, готовясь к худшему.

В следующий момент меня захлестнуло ощущение, будто всю кровь заменили на расплавленный свинец. Я думал, уже испытал, что такое боль. А фиг там! Это было что-то за гранью зла. Хорошо, что тело не могло двигаться и орать — иначе бы я выплюнул свои голосовые связки.

Энергия, проходящая через меня, с чавкающим звуком устремлялась в мой внутренний мир, заполняя арендованную рептилией площадь. Вдруг боль резко исчезла. Разум и тело соединились обратно, и перед глазами возник большой зал с золотыми колоннами и полом из красного хрусталя. В центре этого великолепия возвышался трон, сделанный из человеческих черепов, а на нём восседало трёхметровое чудовище — страхолюд, напоминающий иллитида из моей любимой когда-то игры Baldur’s Gate III.

Его голова, как осьминог, имела бахрому длинных щупалец, извивающихся в ритме дыхания, словно живые змеи. Эти щупальца плавно двигались, порой тянулись к лицу, ощупывая пространство, и время от времени вздрагивали, будто почуяв запах добычи. Кожистая плоть демона была бледно-сиреневой, с мраморными прожилками, почти прозрачными на свету, как крылья летучей мыши. Кожа казалась влажной и блестела, словно покрытая росой. Демон восседал на троне, как повелитель мира, с осознанием своей неоспоримой силы. Каждое его движение излучало уверенность и холодную, почти бесстрастную жестокость. Этот страхолюд был воплощением кошмара, словно он жировал на страхах своих жертв.