Книга Проект «Наполеон», страница 34 – Вячеслав Уточкин

Императрица Екатерина II, очарованная острым умом девушки, приблизила молодую тезку, сделав её своей наперсницей, подругой для обсуждения придворных интриг. Знакомство с оборотной стороной придворной жизни во всей ее неприглядности сильно повлияло на мировоззрение юной Катерины. Чувства, мешавшие ей добиваться целей, — такие как сострадание, жалость и стыд, — она отбрасывала, как ненужный хлам. Чувства при дворе не ценились, острое слово, вовремя рассказанная сплетня и умение понравиться сильным мира сего значили куда больше.

Когда аристократы начали распускать слухи о близких отношениях Потёмкина с его племянницами, несмотря на известное тайное венчание с Екатериной II, фрейлина Катрин начала собственную игру. Её внимание привлекла рукопись «Игра с цветами», где описывались правила поведения для девушек, желающих привлечь внимание мужчин. Катрин немедленно использовала эти знания против злоязычных шептунов. Рискованно флиртуя с некоторыми из них и без лишних терзаний стравив сплетников между собой, она сделалась причиной нескольких дуэлей, и так заставила их замолчать.

Казалось, что жизненный путь царской любимицы пройдет гладко и без больших потрясений. В тот страшный для всего мира день Катерина работала с архивом, ведь почти весь двор во главе с Екатериной II отбыл в Москву незадолго до катастрофы. Зная организаторские способности и умение вести государственные дела, а также в своих личных женских интересах, императрица забрала с собой и князя Григорий Потемкина.

Приближающийся гул, переходящий в раздирающий уши визг, сотрясение всего здания и постоянные близкие взрывы заставили ее в ужасе забиться в пыльный угол, сжавшись в комочек, словно серую мышку под веником. Безумный страх сковал ее так, как не смогли бы никакие цепи в самых жутких казематах. Время перестало существовать, сжавшись для Катерины в один бесконечный миг леденящего душу кошмара. Позже она не смогла определить, сколько просидела в архивном подвале.

Наконец, голод и жажда выгнали её из укрытия, ставшего островком безопасности посреди бушующего океана хаоса, во внешний мир. Тихо и осторожно, как вор в безлунной ночи, пробиралась Катерина по разгромленному дворцу. Кругом царили разрушение, зловещая тишина и безлюдье. Пыль, все еще клубившаяся в воздухе, осколки стекол, хрустящие под ногами, и осыпавшаяся кусками штукатурка вокруг, создавали ощущение обреченности и безнадёжности. Пробравшись на кухню, она отыскала бочку для воды и, подгоняемая невыносимой жаждой, принялась жадно черпать воду ладонями.

Тихо вышедший в это время из каморки мужчина чудовищно ее испугал. Дыхание перехватило, и вода, попавшая не в то горло, чуть не доказала, что утопиться можно даже в пригоршне. Спазм в горле и надрывный кашель вызвали поток слёз.

— Госпожа, наверное, хочет есть, — как сквозь вату донёсся до ее ушей скрипучий голос.

Именно так она встретила своего будущего Учителя. Все его знали как главного истопника, молчаливого и замкнутого. Привёз его дядя Георгий из турецкого похода как доверенного слугу, и никто не интересовался непримечательным турком, живущим при кухне.

В тот день, напоив и накормив ее, он тихо, без лишних чувств, начал объяснять перепуганной девушке обстоятельства, в которых они все, по его мнению, оказались.