Книга Князь Медведев. Слово рода, страница 8 – Вячеслав Уточкин

Я ощутил, как по телу прокатилась волна тепла, будто меня обнял кто-то из родни, но сейчас было не лучшее время, чтобы изучать свойства этой бронзовой статуэтки.

Ведь киллер до сих пор был жив, а моя спасительница, на чью помощь я, признаться, сильно рассчитывал, похоже, так и не проснулась.

Гда-дах!

В стену коридора впечаталась сорванная с петель дверь.

А нет, всё-таки проснулась!

Глухие хлопки пистолета и грохот падающей двери заглушил рык разгневанной львицы. Следом послышался звук смачной оплеухи.

Тело киллера рухнуло на многострадальную стойку и, соскользнув, упало прямо на наш с медсестричкой «бутерброд». Я стиснул в руке бронзового мишку и, не обращая внимания на текущую по пальцами кровь, врезал им по голове незадачливого киллера.

— Мишка, ты как?

Не успел я ответить, как под потолком вспыхнули лампы дневного света, озаряя царящий в коридоре разгром. Из торцовой двери, словно ждали там всё это время, выбежали кряжистые санитары. Двое тут же зафиксировали меня, грубо прижав к полу, остальные четверо бросились к босой мотогонщице.

Результат удивил всех, кроме меня. Через пару секунд она гордо стояла в коридоре среди разбросанных стонущих тел.

Валькирия дёрнула молнию поясной сумки и достала стальную бляху, на которой волк пытался укусить цифру десять. Закрепила её на левой стороне груди.

Санитары, увидев эту бляху, начали отползать к стенам…

Девушка тем временем подошла к нам. Со стороны мы, наверное, смотрелись забавно: два качка в белых халатах, замерли на месте, продолжая удерживать в заломе голого парня.

Руки мне выкрутили знатно, так, что я оказался лицом к лицу с открывшей глаза медсестричкой.

— Отпустите его! — приказала белокурая мотогонщица.

Оба умника резко выпустили мои руки и отшатнулись. Я закономерно рухнул на открывшую было рот медсестричку. Та, не выдержав очередного потрясения — на этот раз в буквальном смысле, — на радостях снова убыла в нирвану.

— Ну вы, ребят, даёте… — проворчал я, поднимаясь с медсестрички и приваливаясь к стене. Скоротечный бой забрал все мои силы.

— Всем оставаться на местах!

Приподняв голову, я увидел, как через торцовые двери в коридор врываются воины в чёрных комбезах. На головах — защитные бронешлемы с затемнёнными забралами. В руках — автоматическое оружие неизвестной конструкции.

— А ну, все вон!

Рык моего белокурого ангела-хранителя вымел всю эту толпу из больничного коридора. Валькирия вышла вслед за ними, и наступила относительная тишина.

Санитары, крутившие меня минуту назад, бормоча извинения, помогли добраться до палаты. Вернувшаяся из нирваны медсестричка, то и дело краснея, обработала раны и поставила капельницу.

Когда она заканчивала, в палату вернулась белобрысая мотогонщица.

— Оставьте нас! — прошипела она и немигающим взглядом уставилась на меня.

Хах! Интересно, на что она рассчитывала? Что я вытянусь по стойке «смирно»?

Знала бы она, сколько таких взглядов впивалось в меня, когда я был ректором!

Улыбнувшись в ответ, я пробежался по ней взглядом и посмотрел в глаза. Что сказать? Миловидное кукольное личико плохо сочеталось со спортивным телом и бойцовским темпераментом. Некоторое время мы мерялись взглядами, потом мотогонщица выдохнула и устало плюхнулась в кресло.

— Мишка, ты хоть что-то помнишь? — с надеждой поинтересовалась она.