Книга Князь Медведев. Слово рода, страница 74 – Вячеслав Уточкин

— Отставить! Арзамасская, я к тебе обращаюсь!

И уже спокойнее добавил:

— Ситуация и так… непростая. Не стоит её ухудшать.

Алёна смерила оценивающим взглядом Альберта, у ног которого расползалась тёмная лужа, и презрительно фыркнула.

— Отец! — возмутилась девушка, к счастью, выходя из боевого транса. — Почему же ты бездействуешь⁈

Арзамасский скривился, словно откусил пол-лимона, и вздохнул.

— Так надо, дочь. Пусть Миша и действовал как дворянин, но он… скажем так, переусердствовал.

Алёна непонимающе посмотрела на отца, а я едва заметно кивнул. Всё-таки глава Арзамасских — мудрый мужчина: мгновенно проанализировал случившееся и подсказал мне, как строить свою защиту.

Этот мир, конечно, странный, но дворянская честь здесь — не пустой звук.

— Верочка, — взял слово молчавший до сих пор Дмитрий Николаевич, — будь добра, окажи содействие гвардейцам императора.

Вера с неохотой кивнула, а Дмитрий Николаевич, поднявшись со стула, подошёл ко мне и негромко, но с неподдельным уважением произнёс:

— Вы весьма разумный человек, Михаил. Я немедленно отправляюсь на аудиенцию к Его Величеству. Надеюсь, в течение суток этот неприятный инцидент будет решён.

И, не удостоив Альберта даже взглядом, стремительно вышел из комнаты.

— За мной! — бросил уязвлённый Альберт и, подавая пример, поспешил на выход.

Бойцы вежливо, но настойчиво потянули меня за собой. Мы обошли оставленную Альбертом лужу — уверен, он будет мстить всем свидетелям его позора! — и спустились во двор замка.

Там меня ждал угрюмый металлический фургон со странным гербом — крысой, в лапе которой был зажат ключ.

Мне помогли подняться по откидной лесенке. Стоило мне оказаться в… автозаке, как тяжёлая дверь захлопнулась за моей спиной.

Внутри этой тюрьмы на колёсах царил полумрак. В тусклом свете, едва пробивающемся сквозь щели воздухозаборника, я разглядел другого арестанта. Он был закован, так же, как и я, но новенькая форма сидела на нём, словно маскарадный костюм, — избитое, заросшее лицо уголовника плохо сочеталось с военным прикидом. В довершение всего вместо берцев он носил стоптанные… ботинки?

Да-дах!

С потолка упала решётка, отделяя меня от арестанта, и машина, наконец, тронулась.

Я сел на лавку, но не успел задуматься, зачем Альберту понадобилось везти меня в Кремль, как в противоположном конце автозаказа послышался шум.

Глаза, привыкая к скудному свету, увидели странную картину: арестант уже освободился от наручников и, вооружившись солидным ножом, наставил на решётку небольшой артефакт.

Почувствовав неладное, я тут же дал мысленную команду:

«Слово, срочно нейтрализуй энергию артефакта на моих руках!».

Внимание! Получено три процента энергии

Запорный механизм кандалов беззвучно щёлкнул, но я не стал спешить и показывать, что освободился. Вместо этого сделал вид, что мне страшно, и вжался в стенку автозака.

Решётка тем временем с противным скрипом поползла вверх.

— Что здесь п-п-происходит?

Получилось настолько правдоподобно, что арестант тут же расплылся в высокомерной улыбке:

— Не трясись, мальчик. Дядя Пыряло всё сделает аккуратно.

Он шёл ко мне не спеша, явно наслаждаясь мнимой беспомощностью жертвы.

Вот только бандит не знал, что одно кольцо наручников уже соскользнуло с моей левой руки, а второе я крепко зажал в правой.