Книга Князь Медведев. Слово рода, страница 142 – Вячеслав Уточкин

Скинув пиджак, я начал напяливать его на Потапыча.

— Вы чего, совсем обалдели? — Это была его первая осмысленная фраза после быстрого роста.

— Скоро тебе предстоит бой, — рыкнул я на дёргающегося от непонимания медведя. — Ткань защитит от порезов.

Воспрянувшая было дракоша снова загрустила:

Ему всё равно не хватит сил справиться с дендроидом.

Заставив Потапыча встать на задние лапы и застёгивая пуговицы, я просветил бывшую синичку:

— Мне знакома краска на морде носатого полена. Любая искра — и её не погасить.

Дракоша продолжала тупить, с вопросом глядя на меня.

— Да, похоже, пребывание в теле синички оставило отпечаток на твоей сообразительности.

Обидевшись, малышка отвернулась. Я подхватил и засунул её в нагрудный карман пиджака. Высунув голову, дракоша плюнула в меня миниатюрным фаерболом. Поймав его рукой, я продемонстрировал фамильярам ожог на ладони.

— Поняла?

Не дурней синички.

Потапыч, пошевелив плечами и для пробы махнув лапами, буркнул:

— Я не синичка, но не понял.

Я уселся на пол и начал объяснять стратегию боя:

— Пальцы противника — острейшие бритвы. Он постарается нанести как можно больше порезов. Пиджак выдержит его удары. Твоя задача — не подставлять оголённые места. Дракоша сидит в кармане и не отсвечивает.

Я поднял с пола нож, всё остальное убрал в инвентарь. Сделал прорезь в нагрудном кармане.

Потапыч сразу возмутился:

— Ты ж говорил — ножом этот материал не взять!

— Это артефакт, а не просто нож. Ты понял свои действия? — строго спросил я.

— Да понял я, понял, — пробубнил тот.

— Теперь ты, — я ткнул пальцем в дракошу, вылезшую из кармана. — Сидишь. Как только будешь уверена, что попадёшь, — плюй в морду. Учти, попытка будет только одна.

Понятненько. У тебя, случайно, сала или, в крайнем случае, яблока нет?

Я, когда нервничаю, готова слона съесть.

Возле стола материализовалось кресло гроссмейстера. Потапыч рыкнул и приготовился к бою. Дракоша от неожиданности выдала целую очередь мини-фаерболов.

Представив, как будет недовольно это существо, я перехватил их в полёте. Зашипел от ожогов не хуже рассерженного кота и приказал фамильярам отойти.

Гроссмейстер увидел дракошу и расплылся в ехидной улыбке.

— О, старая знакомая!

Сместив внимание на меня, предложил:

— А давай я её в дятла превращу. Тем более, им предстоит бой с дендроидом.

Дракоша быстро спряталась за спину Потапыча. Я отрицательно покачал головой.

Гроссмейстер вздёрнул брови так, что очки без дужек чуть не покинули нос.

С хлопком в потоке вонючего дыма в клетке появилась Кали, державшая за шкирку потрёпанного Люция.

Я смело отступил за спину гроссмейстера. Тот щёлкнул пальцами — и мир замер стоп-кадром.

Я вежливо кашлянул, привлекая внимание. В руке гроссмейстера возник мерцающий белым пламенем меч.

Сознание представило туманную картинку, как он отрубает мне голову. Падая, понял: сработала способность, полученная на Дороге мудрости.

Поток горячего воздуха пронёсся надо мной.

Лёжа лицом вниз, я сложил руки на затылке, предпочитая не трепыхаться.

— Странные дела творятся на этой планете, — протяжно, с акцентом произнёс гроссмейстер.

Я осторожно поднялся и сел на пол. Меч исчез, гроссмейстер опустился в кресло. Снял очки и, достав платок, начал протирать стёкла, задумчиво рассматривая меня, словно неведомую зверушку.