Книга Князь Медведев. Сила рода, страница 84 – Павел Вяч, Вячеслав Уточкин

Перекинул Джону перстень, до сих пор зажатый в кулаке. Тот сразу надел его на палец и выполнил выверенный элегантный поклон. Я кивнул в ответ и обратился к Алисе.

— Мне бы побыстрей на место старта вернуться.

В следующую секунду на голову посыпалась земля, оповещая о прибытии на место. Прямо с низкого старта рванул к выходу из этой разрушающейся норы. Выскочив наружу, обратил внимание, как постепенно тускнеют краски мира. Потоки энергии истончались, а кое-где даже исчезали. Всё это придало мне дополнительное ускорение. На бегу ухватил зелёную нить и, прежде чем она исчезла, заполнил наполовину полоску регенерации.

Выскочил на площадку, с которой начал свое путешествие в этом проколе.

Восемь бойцов с нетерпением топтались возле арки перехода.

— Поторопись! — крикнул я разулыбавшейся команде. — Быстро на выход.

Сам выскочил замыкающим и упёрся в спины готовых к бою мужиков.

Перед ними стоял злой помолодевший Блудов. В его руках выписывали замысловатые узоры огненные мечи. От шикарного костюма остались шорты, бывшие раньше брюками.

Растолкав бойцов, я шагнул ему навстречу.

— Рад тебя видеть, дружище!

Улыбка на моём лице светилась ярче восходящего солнца. Мечи исчезли. Блудов издал протяжный стон.

— Опять ты! Кто в этот раз будет пытаться нас убивать? — горестно поинтересовался он.

— Я не понял, ты не рад меня видеть? — оскорблённо воскликнул я.

Одновременно с этим окинул взглядом округу. И даже присвистнул.

Больше сорока трупов. И повешенный на буксирном тросе виденный ранее во сне невысокий мужичок, убивший предателя Крыса.

— А этого чего повесил? — спросил я всё ещё молчавшего Блудова.

Тот сердито прошипел:

— Заслужил недомерок. Мало того, что дрянью торговал, так ещё и работорговлю затеял.

Блудов перевёл пристальный взгляд на пришедший со мной народ. Тут подал голос Рысев:

— Михаил, это начальник лагеря заключённых висит. Сволота ещё та.

В руке Блудова снова появился огненный клинок.

— Миша, ты не хочешь представить мне своих сопровождающих? — елейным голосом поинтересовался он.

Я успокаивающе махнул рукой бойцам, вставшим в непонятное построение. Впереди стоял Рысев. Его я и подозвал. Пружинистой походкой тот приблизился к нам.

— Так кто ты такой? — Жёстким голосом Блудова можно было резать стекло.

— На данный момент никто. В списках живых не числюсь.

Его ответ удивил не только Блудова, но и меня. Мы с ним синхронно приподняли бровь и с вопросом уставились на Рысева.

Тот, грустно усмехнувшись, пояснил.

— Гражданин, осужденный на рабство, теряет все права, превращаясь в движимое имущество. Без имени, без прав, навечно. Случаев обратного перехода до сегодняшнего дня не зафиксировано.

Меч в руке Блудова погас.

— Ну, Миша, с тобой действительно не соскучишься. — в его голосе зазвучала растерянность. — И чего мне с ними делать?

— Ну почему «не зафиксировано»? Вы будете уже вторыми на моей памяти.

Блудов, вытаращив глаза, воскликнул:

— Кто? Где? Когда? Почему я, глава Гильдии юстиции, об этом не знаю⁈

Вздохнув, я дал пояснения:

— Лён, моя названная сестричка. До этого была в сословии мещан. Обвинена в покушении на убийство аристократа. Приговор — рабство. Выкупил, снял ошейник, у Стелы принял в Род, как сестру.

По мере моего краткого рассказа челюсти окружающих опускались всё ниже.