Книга Князь Медведев. Сила рода, страница 19 – Павел Вяч, Вячеслав Уточкин

— Сейчас, только маяк снимем, — проскрипел голос Вил.

Шуршание одежды, торопливые шаги, звук отъезжающей машины. Неизвестный голос начал напевно на английском языке:

— Во имя Ассоциации Миров Некрополиса! Приношу жертву на свободной территории и объявляю её аномальной зоной.

В поле моего открытого глаза появилась верхняя часть фигуры пришельца из иномирья. Над головой он держал переливающийся всеми цветами радуги кинжал. Его лицо под капюшоном явно не принадлежало человеку.

Выпуклые фасеточные глаза стрекозы. Вместо рта паучьи жвалы. Строение черепа гидроцефала. На ум пришло название «чужой». Всё это я успел заметить за тот миг, пока он с хеканьем опусткал нож в район моего живота.

Мир расцвёл разноцветными лентами. Над головой чужого появилась восьмирожковая корона. Вместе с болью вернулось и ощущение тела.

Я взмахнул рукой — и стальные когти химеры, выросшие на моих пальцах, срезали его голову.

Дёрнулся, пытаясь скатиться с жертвенника. Но камень, как болото, не хотел меня отпускать, засасывая в своё нутро.

Появившийся рядом Потапыч с рёвом и остервенением начал крошить упрямый булыжник. Щебенка летела во все стороны. Камень выплюнул меня на свою поверхность.

Разноцветные ленты исчезли из моего поля зрения. Боль от воткнутого в живот кинжала путала мысли. Я потянулся рукой — вынуть эту заразу — и чуть не вскрыл когтями живот ещё больше.

— Куда? — рыкнул Потапыч. — Терпи. Руки разведи в стороны.

Стараясь не беспокоить рану, я вытянул голову. Повернув её, стал наблюдать, как фамильяр обкусывает стальные когти химеры. В воздухе запахло грозой.

Потапыч закончил маникюр и, рыкнув, исчез в астрале.

Шаровая молния появилась неожиданно. Облетев по кругу, превратилась в старичка Люция. На голове у него был венок из молний.

— Ну ты просто красава. Доставай нож, сейчас мы тебя отремонтируем. — заявил Люций.

Я ухватился за ручку и одним резким движением выдернул кинжал. Люций пустил в мою сторону зелёную ленту. Хлещущая из раны кровь остановилась. Кинжал осыпался серым песком.

— Что за тварь? — просипел я, разглядывая откатившуюся голову чужого.

— Один из аферистов, решивший вступить в игру без первого взноса. Ты правильно сделал, что в хаос его отправил. Ладненько, это сейчас неважно. Ты мне должен пять кристаллов, десять камней и пятнадцать червонцев. Заём оформим на один год под двадцать пять процентов, — протрещал Люций.

— Я не согласен! — От возмущения у меня даже фантомная боль от раны исчезла.

— Не кипишуй. Тут всё очень непросто. Краух, перед тем как покинуть игру, подал жалобу, обвиняя меня в читерстве. Комиссия вывела тебя из-под моей юрисдикции.

После этих слов я перебил его.

— То есть трудовой договор, заключенный между нами, становится недействительным?

— Получается, так.

— Когда вступило в действие решение комиссии?

— Да вот только что. Можно сказать, я прямо из зала суда на халтурку прибыл.

Довольный, как объевшийся сметаны кот, Люций потирал руки.

— Значит, до этого времени договор действовал? Плати!

— Это за что это? — Возмущению Люция не было предела.

— По твоей просьбе я провёл племянницу Кали по дороге мудрости. С тебя за это пять кристаллов, десять камней и пятнадцать червонцев.

С каждым моим словом морда Люция вытягивалась всё больше.