Книга Князь Медведев. Сила рода, страница 117 – Павел Вяч, Вячеслав Уточкин

Побледнел.

Я еле успел подхватить его падающее тело.

Чуть придя в себя, Иван достал выданный гоблином флакон и выпил его единым глотком.

На мой вопросительный взгляд ответил:

— Надоело. Энергии и знаний много, а тело всё чаще подводит.

Через пару минут Ягужинский закатил глаза. По телу прокатилась судорога.

Я прижал его к полу.

Две минуты борьбы — и я удерживаю тридцатилетнего молодого человека.

Он легко выскользнул из моего захвата и рванул к ростовому зеркалу, висящему на стене меж двух окон.

Не обращая внимания на грязный костюм, висевший, как на вешалке, Иван пристально всматривался в своё изображение, твердя:

— Обалдеть… обалдеть…

С лестницы на второй этаж, поддерживая друг друга, спускались молоденькие горничные Дуська и Нюська. Взгляд заметившего их Ягужинского стал ласковым и маслянистым. Побочный эффект омоложения выпер наружу.

Девушки это тоже заметили и, покраснев, юркнули на кухню. Было слышно, как они срочно закрываются на все замки.

Ягужинский, словно разгоняя морок, помотал головой.

— Так что здесь произошло? — задал он вопрос, одновременно с этим подходя к моим гвардейцам и проходясь по ним энергией.

Рысев застонал и пришел в себя. Попытался сесть.

Через уличную дверь, пошатываясь и держась за стены, заявились три напавших на нас бойца.

Оружие в их руках подрагивало. В глазах плескалась решимость дорого продать свои никчёмные жизни.

Ягужинский рыкнул, и несчастных придавило к полу. Жгутами энергии оружие вырвало из их рук и отбросило в угол.

— Именем закона, вы арестованы! Любые резкие движения будут рассматриваться, как попытка сопротивления, и караться на месте.

— Прошу вас представиться, — смело просипел один из придавленных.

— Генерал-прокурор Ягужинский.

Давление на бойцов чуть ослабло. Самый смелый прохрипел:

— Ефрейтор Канарейкин. Взял на себя командование сборным отрядом из корпорации наёмников в связи с отсутствием вышестоящего начальства.

Потом он передёрнул плечами.

— Там, на крыльце, два чудовища валяются. Наверное, они командира и его мать порешили.

Ягужинский ещё раз огляделся вокруг.

— Потом поговорим, — заявил он мне и переключился на наёмников:

— Сколько вас?

— Десять бойцов.

— Канарейкин, сейчас идёшь и все оружие складываешь в кучу справа от крыльца. Сами сидите с другой стороны и ждёте полицию.

Ягужинский достал переговорник, набрал номер и произнёс непонятную фразу:

— Код красный, ноль-ноль-один. Крепостная улица, шесть.

Сила отпустила придавленных бойцов. Они направились на выход. Канарейкин сделал неоднозначный комплимент Ягужинскому:

— Вы, генерал-прокурор, очень похожи на своего отца, Ивана Ягужинского. Даже голос такой же.

Ягужинский впал в задумчивость, а потом судорожно стал набирать номер.

— Дмитрий, ты где территориально? — задал вопрос прокурор. — Ты идентификацию прошёл?… Хорошо, тогда срочно подгребай к дому мэра… Что значит «занят»? У меня ЧП, а ты занят? Всё, жду.

— Это ты сейчас с кем? — поинтересовался я, присаживаясь на пол.

— Блудову. А то моя помолодевшая физиономия может вызвать дополнительные проблемы. Так что за звери на крыльце?

— Глава корпорации наемников и его мамаша.

— От оно как, — удивился Ягужинский.

Часы на стене показывали девять утра.

— Вы тут без меня разберётесь? — устало спросил я.