Книга В черной краске становишься черным. Том 3, страница 151 – Юй Сы

Луань Дунь стиснула зубы. Разве Вэнь Цзеши не говорил, что проклятый даос при смерти? Разве он не отравил его собственными руками? Луань Дунь была уверена, что последняя битва истощила силы Мо Хэ до крайности, а предательство Вэнь Цзеши отвратит даоса. И все же он вышел сражаться за этих никчемных людишек.

— Даочжан, какая честь! – воскликнула она, выше поднимая теневой щит. – Рада, что вы все-таки решили присоединиться к веселью. Я так давно хотела познакомиться с вами лицом к лицу…

Новая волна – еще мощнее, чем раньше, – обрушилась на нее, заставляя умолкнуть. Хэйшэн, что прикрывал хозяйку, с глухим громовым грохотом развеялся. Черная уродливая собака метнулась наперерез со звонким лаем, но ее отшвырнуло прямо на меч какого-то совершенствующегося. Луань Дунь оскалилась и послала в этого заклинателя сноп теневых стрел. Услышав сдавленный стон, она удовлетворенно кивнула.

В следующее мгновение ее духовное зрение чуть не рухнуло. Потому что из туманного бамбукового леса медленно вышел Се Юньци.

Он был одет в ярко-красные одежды, рукава развевались от невидимого ветра, а хвост перехватывала длинная алая лента. Но не это привлекло внимание Луань Дунь, – а небезызвестный меч в белых костяных ножнах, который он крепко сжимал в руке.

Цинсин, Алый клинок Небес, личное оружие даочжана Сюаньи.

Появление Се Юньци удивило не только наместника севера, но и остальных – Те-эр, прячущийся на хэйшэне высоко в небе, изумленно выпучил глаза, а Тао У, выжидающий на соседнем склоне горы, нахмурился. Демоны не обратили на Третьего господина большого внимания, занятые заклинателями. Зато на лицах последних были написаны самые разные эмоции – от страха, что прибыл еще один могущественный враг, до непонимания.

— Это же наместник востока! – взвизгнул какой-то малодушный, и без того испуганный ученик. – Он вырвался на свободу! Теперь нам точно конец!

Товарищ одернул трусливого юношу, хотя на его лице был написан не меньший ужас. Оба они присутствовали, когда Се Юньци ворвался в орден с окровавленной Гу Вэньвэнь.

Цзи Фэн, защищающий потерявшего все духовные силы Ши Ци, лишь нахмурился. Он не знал о разговоре старейшин со своим шибо и понятия не имел, что здесь забыл Се Юньци, но сомневался, что тот стал бы действовать без дозволения даочжана и нападать на орден. Возможно, демоны решили сразиться друг с другом – оно и к лучшему. Цзи Фэн повыше поднял меч, а потом вдруг застыл.

Потому что осознал, в чем неправильность происходящего: от Се Юньци исходила не темная энергия. Хотя со своим уровнем Цзи Фэн не мог понять, на какой стадии этот демон, но духовная сила того была такой мощи, что следующая волна ци чуть не заставила Цзи Фэна присесть.

Старейшина Ши так тяжело дышал, что казалось, будто сейчас рассыплется на части. Жизнь в нем поддерживала только горсть драгоценных пилюль, найденных в запасах старейшины. Несмотря на старость и возможность самопожертвования, он все еще хотел бороться и увидеть, как Чэньси, которому он отдал все свои силы, расправит крылья вновь. Глубокое разочарование после разговора с даочжаном Сюаньи и его отказа присоединиться к бою сменилось сначала негодованием от появления демона, а затем недоумением. Опершись на дерево, он прищурился и вдруг выпучил глаза.