Онлайн книга «Степные ястребы»
|
А следом заговорили пулемёты, два других танка, приблизившись на расстояние уверенного выстрела, открыли огонь из башенных и курсовых пулемётов. Яростный непрерывный треск, который слился в единый, разрывающий уши гул. Я видел, как пули, словно невидимая коса, выкашивают ряды эльфийской пехоты. Они падали сначала десятками, затем сотнями. Лёгкие доспехи не давали никакой защиты от свинцового ливня. Тёмные эльфы, зажатые между моими орками с одной стороны и стальной стеной подкрепления из герцогства и танков с другой, окончательно сломались. Они бросали оружие, пытались бежать, но бежать было некуда. Я опустил трубу, руки мелко дрожали, но уже не от напряжения, а от осознания. Это был триумф, коренной перелом в этой войне. И дело было не в танках и не в гвардейцах. Герцог Ульрих, осторожный и хитрый политик, сделал свою ставку. После того, как я подавил мятеж в его столице, после того как публично на глазах у всего города, подтвердил свою вассальную присягу, он поставил на меня всё. Отдал мне свои войска и показал всем, и моим врагам, и моим союзникам, и мне самому, что отныне я не просто наёмник, или варварский вождь. Я стал правой рукой верховного правителя. И от этой мысли на душе было одновременно и горько, и как-то пугающе спокойно. Надежда… да, я определённо чувствовал её прилив. Но это была не радостная, светлая надежда на скорую победу. Скорее надежда солдата, которому только что выдали новое, более мощное оружие. Оружие, которым придётся убивать ещё больше. И умирать, возможно, ещё страшнее. * * * Когда последние очаги сопротивления были подавлены, и поле боя затихло, уступив место стонам раненых и карканью ворон, которые уже слетались на свой кровавый пир, на Каменный Круг опустилась странная, оглушающая тишина. А потом она взорвалась тысяч орочьих глоток. Это был рёв триумфа, первобытный, всепоглощающий, идущий из самых глубин их диких душ. Орки, вымазанные в своей и чужой крови, с безумным блеском в глазах, вскакивали на брустверы, на тела убитых врагов, на простреленных чудовищ и, потрясая в воздухе оружием, орали. Орали до хрипоты, до срывающихся связок, выплёскивая всё напряжение боя, ужас потерь, ярость и пьянящее чувство победы. Новая орочья столица, их земля обетованная, которую они защищали с отчаянием обречённых, выстояла. Вечером начался пир, какой могут устроить только орки. На центральной площади, прямо среди ещё не убранных до конца трупов и обломков, зажгли огромные костры. На вертелах, сколоченных на скорую руку, жарились туши гигантских степных быков, которых пригнали из тыла. Брунгильда заранее привезла подземелий Кхарн-Дума, в честь победы, разумеется, сотни бочек с пивом и элем, для чего выделили целых три баржи, за что я долго и вдумчиво на неё смотрел. Ответ был чисто женский, чего я совершенно не ожидал от суровой любительницы стали, гномка невинно хлопала глазами, прикинувшись дурочкой. И началось… Это было варварское, языческое действо на костях врагов. Орки пили прямо из бочек, черпая пиво шлемами, передавая их по кругу. Они ели огромное, сочащееся жиром и кровью мясо, отрывая его куски руками и запихивая в рот. Орали песни, хриплые, гортанные, без рифмы и склада, песни о битве, о героях, о крови и славе. Они плясали вокруг костров, и их тени, огромные и уродливые, метались по стенам бастионов, как духи древних воинов. |