Онлайн книга «Формула огня»
|
— Договорились, — просто ответил я. Это была сделка, скреплённая не чернилами, а кровью и запахом смерти. И я знал, что этот долг мне придётся отдать. Работа началась. Я разделил всю армию на команды, ломая старую структуру, перемешивая всех, как карты в колоде. Одна большая группа, в основном из людей, под командованием сержанта Эрика, занялась самым тяжёлым, поиском и опознанием наших павших. Они ходили по склонам, где шла рукопашная, по ущельям, переворачивая тела, вглядываясь в застывшие, искажённые болью лица, пытаясь узнать в этих кровавых масках своих товарищей. Каждого найденного осторожно заворачивали в плащ и относили к специально отведённому месту, где уже работала команда священников и писарей. Вторую, самую многочисленную группу, я отдал под начало Урсулы. Орки, несколько рот моих «Ястребов» и, к ярости аристократов, несколько десятков выживших оруженосцев и мелких дворянчиков, которых я силой выгнал из палаток. Их задачей была очистка долины. Я стоял на уступе и смотрел, как они работают. Это было зрелище из ада, они шли рядами, как жнецы по полю. Подходили к телу, один брал за руки, другой за ноги, раскачивали и бросали на огромные телеги, которые с трудом тащили волы, чудом уцелевшие в битве. Тела падали с глухим, влажным стуком, как мешки с мокрым песком. Некоторые были целыми, другие… другие разваливались на части прямо в руках, и тогда орки, не меняя выражения лиц, просто сгребали эти ошмётки лопатами и кидали в общую кучу. Один из молодых дворянчиков, отпрыск какого-то знатного рода, не выдержал. Он блевал прямо на сапоги, бросив верёвку, на которой тащил очередного эльфа. — Я… я не могу! — выдавил он, зажимая рот рукой. — Я не падальщик! Урсула, которая была неподалёку, медленно повернулась к нему. Она подошла, возвышаясь над ним, как скала. От неё несло потом, кровью и яростью. — Ты не падальщик, — прорычала она, и её голос был похож на скрежет камней. — Ты победитель, а победители убирают за собой мусор. Или становятся мусором сами. Бери верёвку! Парень в ужасе смотрел на неё, на её окровавленные топоры за поясом, на её жёлтые, безжалостные глаза. Он хотел что-то возразить, но слова застряли у него в горле. Он молча поднял верёвку и, давясь рвотой, потащил следующий труп. Дисциплина, основанная на первобытном ужасе, работала безотказно. Работа кипела. Тела свозили к нескольким огромным, заранее вырытым ямам. Туда же стаскивали обломки оружия, расколотые щиты из дерева, всё, что не представляло ценности. Когда ямы были заполнены, их начали поливать смолой и маслом, которые фон Клюге, скрепя сердце, выдал со складов. К вечеру всё было готово. Двадцать гигантских погребальных костров, два десятка уродливых холмов из смерти, ждали своего часа. Я сам подошёл к первому из них с зажжённым факелом. Вонь здесь была такой, что слезились глаза, а к горлу подкатывала тошнота. Я смотрел на переплетение окоченевших тел, на их открытые, смотрящие в никуда глаза, на их застывшие в безмолвном крике рты. Я не чувствовал ни ненависти, ни злорадства. Это была просто работа, грязная, необходимая, как чистка канализации. Бросил факел… Пламя, жадно лизнув пропитанные маслом тела, взметнулось вверх с голодным рёвом. За ним вспыхнули второй и третий костры. Через несколько минут гигантские столбы чёрного, жирного дыма поднялись к темнеющему небу. Этот дым был виден за десятки километров. Это был мой сигнал, моё послание тем, кто, возможно, ещё прятался в горах. Тем, кто ждал вестей от своей непобедимой армии. Вот ваши вести. Смотрите. Вдыхайте. |