Книга Паровая кровь, страница 68 – Джек из тени, Марк Блейн

И в этот момент мы все его услышали.

Это был не шорох и не скрежет. Откуда-то снизу, из самой глотки этой пропасти, донёсся звук. Глухой, протяжный, вибрирующий вой, от которого волосы на затылке встали дыбом. Он был полон такой первобытной тоски и голода, что кровь застыла в жилах. Это выло не животное. Это выла сама тьма, изголодавшаяся по свету и теплу.

Мой отряд замер. Орк Громок, тот самый, что испугался тени, издал тихий, скулящий звук и попятился, уперевшись спиной в стену. Сержант Клаус молча положил ему руку на плечо, и орк замер, тяжело дыша.

Я посмотрел на Скритча. Его глаза были размером с блюдца, шерсть на загривке стояла дыбом.

— Что это было? — мой голос прозвучал хрипло.

— Разведчик, — прошептал ратлинг, не отрывая взгляда от бездны. — Он чует нас, зовёт стаю.

Тишина, наступившая после воя, была страшнее самого звука. Мы стояли на краю ада, и ад знал, что мы пришли.

— Фонари! — скомандовал я, и мой голос, усиленный эхом, прозвучал как выстрел. — Оружие наготове. Спускаемся быстро.

* * *

Спуск в пропасть был похож на погружение в ледяную смолу. Мы скользили вниз по верёвкам, лучи наших фонарей выхватывали из мрака лишь мокрые, склизкие стены и лица товарищей, искажённые напряжением. Вой больше не повторялся, но его фантомное эхо, казалось, застряло в самом воздухе, вибрируя на грани слышимости. Каждый боец моего невозможного союза был на взводе, каждый вслушивался в тишину, ожидая, что из темноты в любой момент может вырваться смерть.

Наконец, наши ботинки коснулись твёрдой поверхности. Мы оказались в гигантском, сухом туннеле, который разительно отличался от тех сырых нор, по которым мы пробирались до этого. Свод здесь был высоким, метров десять, а пол ровным, словно вымощенным. Это был тот самый магистральный ход, о котором говорил Скритч. Здесь нас уже ждал наш груз, сваленный в кучу под присмотром десятка испуганных ратлингов.

Мы двинулись вперёд. И через несколько сотен метров туннель резко расширился, выводя нас в пространство, от масштаба которого перехватило дыхание.

Это была не пещера. Это был собор, выдолбленный в сердце мира. Невероятно огромная каверна, свод которой терялся в такой высоте, что лучи наших фонарей не могли его достичь. И в центре этой каверны, залитый мёртвым, призрачным светом от фосфоресцирующих грибов, росших на стенах, стоял мёртвый город.

Первое, что ударило по мне, это тишина. Абсолютная, неестественная, оглушающая тишина. После постоянного гула «Кузницы» и эха в узких туннелях, это безмолвие давило на уши, как толща воды. Здесь когда-то кипела жизнь, здесь должны были звучать голоса, скрип механизмов, смех детей. Теперь здесь не было ничего, кроме шёпота сквозняка, гуляющего по пустым улицам.

— Кха'раш, — прошептал Скритч, и в его голосе смешались благоговение и бесконечная скорбь. — Первый город, торговый узел.

Это было жуткое и одновременно величественное зрелище. Ратлинги были не просто «крысолюдами». Они были цивилизацией. Их дома не были норами, это были многоярусные строения, вырезанные прямо из скальной породы, соединённые изящными, но прочными мостами. Я видел остатки сложных подъёмных механизмов, водопроводов, выдолбленных в стенах, и даже рельсовых путей для вагонеток.

— Строили на совесть, — проворчала Брунгильда, проведя рукой по идеально подогнанным каменным блокам одного из зданий. В её голосе слышалось невольное уважение инженера к инженеру. — Кладка почти как у нас, только раствора пожалели.