Книга Воздушная кавалерия. Том 6, страница 40 – Джек из тени

Грушин посмотрел мне в глаза, увидев мою решимость и безжалостную логику в словах. В итоге сдался.

— Есть, командир, будут тебе люди.

— Тогда действуй, через час выступаем.

* * *

Через час я стоял у приоткрытых ворот форта, вглядываясь в серую, клубящуюся мглу. Шторм действительно утихал. За моей спиной в напряженном молчании стояли три взвода. Самые выносливые и самые хладнокровные. Я лично прошелся по рядам, отбирая каждого.

— Готовы? — мой голос, усиленный динамиками шлема, прозвучал глухо и отрывисто.

Вместо ответа они молча проверили оружие.

— Тогда вперед, — я шагнул за ворота. — Двигаемся быстро, след в след. Глаза в оба, уши навострить. Любое движение, любой подозрительный звук, сразу доклад. В эфире тишина, работаем только жестами.

Мы двинулись в путь, растворяясь в сером, влажном мареве. Я шел первым, задавая темп. Мой шлем, подключенный к тактической сети Алисы, был поводырем в этом безмолвном, враждебном мире. На внутреннюю сторону визора выводилась карта местности, подсвечивая безопасный маршрут, тот самый коридор, который я прорубил ночью.

Мы шли по дороге мертвецов и это не было метафорой. Первые тела мы обнаружили уже через десять минут. Они лежали там, где я их оставил: в неглубоких окопах, за камнями или в кустах. Японские солдаты, застывшие в неестественных позах, с застывшим на лицах выражением ужаса и недоумения. Мои бойцы, ожидавшие засады за каждым углом, с удивлением смотрели на эту безмолвную картину ночной работы.

— Командир, — шепнул мне в гарнитуру Воробей, когда мы проходили мимо уничтоженного мной пулеметного гнезда, где вповалку лежали тела троих японцев. — Разреши…

Я понял его без слов.

— Действуй, — коротко бросил в ответ. — Но быстро.

По его команде несколько бойцов отделились от группы. Они, не брезгуя, начали методично обыскивать трупы. Снимали подсумки с патронами, забирали гранаты, фляги с водой, нетронутые сухпайки. Кто-то даже снял с убитого офицера хорошие тактические перчатки. Это была жестокая, но необходимая логика войны. Мы были на вражеской территории, в полной изоляции. И каждая граната, каждый кусок хлеба были на вес золота.

Через два часа почти непрерывного марша мы вышли к нашей цели. Место нашей первой, самой кровопролитной битвы. Каменистое плато, где мы высаживались, было усеяно следами боя: воронками от японских мин, гильзами, брошенным снаряжением. И телами, разумеется, как них товарищей, так и японских.

Я отдал приказ залечь и выслал вперед разведку, двух самых юрких парней. Они, как тени, растворились в тумане, и через десять минут один из них вышел на связь.

— Командир, — его шепот был едва слышен сквозь треск помех. — Впереди, у наших контейнеров, группа в десять человек. Японцы.

— Что они? — поторопил его я.

— Грузят наше оружие, собаки! На тележки какие-то, похоже, решили прибрать к рукам все сразу.

Я усмехнулся, какая ирония.

— Не высовывайся, мы подходим.

Я подозвал к себе офицеров.

— Впереди гости, — коротко обрисовал ситуацию. — Десять человек, увлеклись трофеями. Наш шанс забрать не только свое, но и простенький транспорт.

* * *

Мы подползли к краю плато и залегли за россыпью больших валунов, поросших скользким зеленым мхом. Отсюда, сквозь рваные клочья тумана, открывался вид на место нашей высадки. Картина была удручающей и одновременно до боли знакомой. И среди всего этого хаоса, как муравьи, копошились фигурки в японской форме.