Книга Воздушная кавалерия. Том 8, страница 6 – Джек из тени

Пулеметчики не стали ждать второго приглашения. Концентрированный огонь тут же ударил по беззащитным японцам, превратив их стройное построение в братскую могилу. Остальные японские Кинетики замерли в ужасе. Они поняли, что этот козырь, их неуязвимость за мощным барьером, больше не работает. Эти странные стрелки могли уничтожать такую защиту на солидном расстоянии фактически по щелчку пальцев.

Второй залп. Снова хлопок лопнувшего барьера. И снова кровавая баня.

Это стало точкой невозврата. Японские солдаты просто развернулись и побежали, не оглядываясь, бросая раненых и оружие. Спустя пятнадцать минут все закончилось. Штурмовики хладнокровно добили последних пытавшихся сопротивляться японцев.

Китайские солдаты медленно, не веря своим глазам, начали выбираться из своих укрытий. Солдаты стояли, шатаясь от слабости и потрясения, посреди поля, усеянного сотнями трупов врагов.

В этот момент со стороны тыла послышался рев двигателей. Из-за сопки показались первые грузовики с флагами Китая. Колонна остановилась, и из головной машины, оттолкнув ординарца, выпрыгнул офицер с погонами майора. Его форма была идеально чистой, сапоги сияли, а лицо выражало крайнюю степень раздражения.

— Какого черта здесь происходит⁈ — еще не успев спрыгнуть на землю, заорал он на выживших. — Почему батальон не выходит на связь⁈ И что здесь делают эти лаоваи⁈

Старый сержант Ван Чун, с трудом стоя на ногах, попытался отдать честь.

— Докладывает сержант Третьего батальона Ван Чун! — хрипло произнес он. — После двухдневных боев с превосходящими силами противника от батальона осталось в живых восемь человек!

— Восемь⁈ — майор побагровел от гнева. — Дезертиры! Трусы! Я вас всех под трибунал отдам! Вы опозорили знамя Девятой дивизии!

В это время к ним, не спеша, подошли двое из штурмовиков. Майор смерил их презрительным взглядом. От желания немедленно отдать приказ на арест этих непонятных пришельцев его остановило только то, что на их броне и на бортах дирижаблей, которые уже начали подниматься в воздух, четко виднелся двуглавый орел Российской Империи.

— Кто такие? Почему не доложили о своем прибытии в штаб сектора? — резко, намеренно коверкая русские слова, бросил майор.

— А мы не обязаны, — на чистейшем столичном диалекте китайского языка ответил тот, что был повыше ростом. — Нас сюда направил лично командующий Северной армией, а твое мнение, майор, нас интересует в последнюю очередь.

Затем оба, как по команде, начали снимать свои глухие шлемы.

Майор опешил. Боец, что был поменьше ростом, оказался девушкой. Потрясающе красивой девушкой европейской внешности с тонкими чертами лица и огромными серыми глазами, в которых плескалось откровенно презрение к майору.

— Фух, как вы в них вообще ходите, — пожаловалась Елена, поправляя выбившиеся из косы пряди волос. — Душно же!

— Девка в армии⁈ — взъярился майор, его мозг, воспитанный на конфуцианских догмах, отказывался принимать увиденное. — Совсем в вашей России мужики кончились, раз баб на войну посылают? Ну, хоть смазливая, будет чем в штабе заняться…

Он не успел договорить.

— Еще одно слово, дебил, и я прострелю твою тупую башку, — тихим голосом произнес второй штурмовик. Он тоже снял шлем. Под ним оказалось молодое, волевое лицо с пронзительными глазами, которые сейчас смотрели на майора с нескрываемым омерзением. Кирилл тяжело глянул на китайца. — Ты только что прилюдно оскорбил не просто женщину-офицера союзной армии. Ты оскорбил баронессу Елену Александровну Строганову, урожденную Воронцову. Уверен, даже в твоей забитой рисом башке что-то щелкнет, когда ты услышишь фамилию одного из самых влиятельных родов Российской Империи.