Книга Магистр после 30, страница 18 – Яр Красногоров

— За стену извиняюсь. Я хотел обезопасить вас. Было бы совсем худо, если бы вторженцы напали с тыла.

Мама хотела что-то возразить, но пока не нашла что, и потому, зажав губы, стала тихо закипать.

Отец, более тонко чувствовавший намерения и повадки этой женщины, решил принять огонь на себя:

— Дорогая, ты же давно хотела ремонт сделать. Вот, считай это поводом. Пойдём, не будем мешать Первому Щиту императора заниматься своей работой, — он нервно хихикнул и потянул её за собой в дом.

Мама хмыкнула, но всё же решила добавить:

— Вот за это люди и не любят магов. Ты же мог не ломать стену! Йар, если ты такие фокусы будешь вытворять, то какая девка с тобой жить захочет? Сваха вообще никого не найдет тебе.

— Так, Соня, — оборвал её отец, — не мешай сыну. Ему и без жены проблем хватает. Хотя если бы я выбирал — вторжение или бабы, то выбрал бы вторжение. Пошли.

Мама усмехнулась и ударила мужа в плечо, а после продолжила негромко возмущаться. Но скорее из приличия и чтобы успокоить нервы. Последнее, что я услышал перед тем, как они вошли в дом, — это её коронная реплика:

— Когда я за тебя выходила, Хирд, то сделала это только потому, что ты самый обычный мужик. Без дара, без магии. А этот у нас как получился? Так и знала, что свекровь нам не ту настойку дала!

Отец в ответ нервно хихикнул и затолкал её в дом.

Вздохнув, я посмотрел на пленников:

— Что может быть хуже вторженцев? Правильно, женщины-вторженцы.

Я внимательнее посмотрел на троицу и заметил кое-что странное. Все они были невероятно красивы. Даже широкоплечий северянин имел точёную фигуру и аристократические черты лица без единого шрама. А вот девушки… Стройные, невероятно привлекательные даже по эльфийским меркам. Казалось, что их внешность создавалась талантливым художником.

Смешок вырвался из моей груди. Тут я понял, что подарок Мэггота — лошадиный корень — начал действовать. Магическое опустошение отступало, тело наливалось силой, но и особый эффект тоже проявил себя после пристального взгляда на девушек. Однако улыбка тут же сошла с лица.

— А вот это уже интересно, — прошептал я.

Затаив дыхание, я стал наблюдать за тем, как северянин медленно, чтобы я не заметил, потянулся к кирке, которую я так «удачно» пнул по возвращении домой.

И в этот момент раздался звон кузнечного молота из кузни Рорика.

Магическая клетка мерно переливалась сочетанием разных спектров. Силуэты пленников внутри неё искажались как в кривом зеркале, становясь то больше, то меньше.

Однако я всё равно отчётливо видел, как рука северянина медленно тянется к кирке. Мне не хотелось останавливать его. После того, как слабейшего удара воздушными щитами хватило, чтобы оглушить вторженцев, я не сомневался в том, что барьеры выдержат.

Любопытство, присущее большинству магов, взяло надо мной верх. Я включил актерскую игру на максимум и всячески делал вид, что не замечаю, как пальцы мужчины сомкнулись на рукояти кирки. Его рука напряглась, тугие мышцы набухли и в следующий момент он подскочил с места.

На моём лице появился наигранный испуг.

Северянин, заметив мою реакцию, победно оскалился, затем выкрикнул что-то невнятное. Его руки окутал магический ореол, и он со всего размаху ударил по барьеру.

Я ощутил, как первое и самое слабое заклинание клетки дрогнуло. Купол слегка замерцал, и я увидел брешь в рунической вязи оставленной ударом.