Книга Трудно быть графом, страница 71 – Алексей Федорович Федотов

— А она тебя обожает как никого здесь, – наблюдая за этой картиной, заметила Кармен.

— Я её тоже обожаю! – призналась Айка. – Так что это у нас взаимно. Умница моя, – похвалила девочку Айка, прижимая её к себе. – Ким многое потерял, не видя нас сейчас.

— Он занят, –мысленно сказала Юля и тяжело вздохнула: видимо, очень хотела похвастать новой прической и перед ним. – Сестрёнка Ри сказала, что у него много работы. Я ему волосы расчесала, совсем как ты мне показывала! – с гордостью заявила она.

Находившаяся рядом с ними Кармен хихикнула, представив себе эту картину. Она уже видела, как мелкая пыталась расчёсывать свою названую маму и к чему это привело. Мысленно Кармен даже пожалела Кима и его волосы. Вряд ли потуги девочки привели его в неописуемый восторг.

— Вы все такие красивые! Мама, я тоже хочу с вами на бал, как Золушка! – потянувшись, коснулась волос княжны девочка.

— Настоящая леди и в четыре года леди! – улыбнулась ей Тина. – Но Золушке на балу нужен принц. Может, попросишь папу им стать? – предложила она девочке, наградив Айку ехидным взглядом.

За что была удостоена убийственно-злого взора. Айка словно говорила: «Не тронь моего парня и не пудри ребёнку мозги!»

Юля на полном серьёзе обдумала эту мысль и выдала неожиданный результат своей умственной деятельности:

– Папа не может быть принцем. Он принц только для мамы.

Смех, весёлый и искренний смех. А ещё аплодисменты от Вампирши, пришедшей просто в неописуемый восторг от слов девочки.

— По-моему, – заметила Вика, – наша Юленька – самый настоящий маленький купидончик! Вот так запросто определилась для себя с папой и мамой. Я ей даже завидую. Мне в детстве тоже порой хотелось выбрать себе самостоятельно и папу, и маму…

— А по-моему, тут завидовать нечему, – неожиданно серьёзно для окружающих негромко сказала взрослая Юля. – Я уже лишилась брата и мамы и не хочу потерять ещё и папу. Пусть мы с ним последнее время и не особо ладим… – с некоторой грустью сказала она и отвернулась.

Над столом на минуту повисла неловкая пауза. О проблемах в семье Юли знали многие за этим столом, но по негласному правилу тему этих самых проблем никогда не затрагивали. И причина была не в самой Юле – причина была в том, что такие проблемы имелись буквально у всех обитателей этого дома.

Чуть посидев, тёзка Ведьмы, видимо, приняв какое-то решение, сползла с кресла Айки и, подойдя к взрослой девушке, жалостливо погладила её по колену.

— Не грусти, – сказала она. – Я тебя очень люблю! Правда-правда!

Бесхитростное признание малышки снова вернуло улыбки на лица взрослых.

— А меня? – подалась вперёд Вика, умоляюще глянув на девочку.

— Тебя тоже люблю! – ответила Юля с той же прямолинейностью и искренностью.

Вика, явно довольная этим признанием, победно обвела всех взглядом.

— А нас? – в унисон спросили у девочки близняшки.

Последующие несколько минут все только и спрашивали Юлю о её любви к ним, на что неизменно получали утвердительный ответ.

— Так, – хлопнула в ладоши Антонина Павловна, – хватит выклянчивать признания в любви у малышки. Допиваем чай, и мальчики идут в баню, – распорядилась домоправительница. – Глеб, Джен, – сместила она взгляд на китайца, – госпожа ректор просила, чтобы кто-нибудь из вас помог Юре перед началом бала. Поэтому быстро приводите себя в надлежащий порядок и вперёд на стадион. Ким уже там, с самого утра.