Книга Выйти из игры, страница 8 – Михаил Атаманов

Парень понял, что проголодался. Сегодня рано утром он был вызван в кабинет ректора Военной Академии, а потому пропустил завтрак. Рядом находился терминал, предлагающий посетителям станции какие-то непонятные синтетические бутерброды по цене сорок космоцентов за штуку, но Зак лишь скривил губы – нашли дурака! За сорок космоцентов он через три часа сможет полноценно поужинать на планете.

Парень отвернулся от автомата с едой и медленно двинулся к лифту. Он постарался отогнать назойливую мысль о том, что теперь ему постоянно придётся экономить на всём. Все его сбережения, а за годы обучения в Военной Академии их набралось более восьмидесяти тысяч кредитов, пошли на выплату штрафа за «непреднамеренную порчу имущества Государства Калдари» и частичную компенсацию стоимости обучения. Согласно правилам, отчисленному курсанту оставили на счету сто пятьдесят кредитов, которые должны были пригодиться на период поиска новой работы.

Сто пятьдесят кредитов – это трёхмесячная зарплата опытного мастера на заводе или банковского служащего в офисе. Сумма на первый взгляд была немалая. Однако Зак не был уверен, что сразу же сумеет найти подходящую работу, так что разбрасываться деньгами и покупать бутерброды в туристической зоне космической станции он точно не собирался.

Подошёл лифт, и молодой человек вместе с целой толпой других людей поспешил занять место в круглой кабинке. Скоростной лифт помчался к нижним ярусам станции по направлению к космопорту. Отсюда с высоты в несколько километров сквозь прозрачное бронестекло лифта открывался прекрасный вид на стоящие в доках огромные звездолёты и многочисленные челноки внутренних рейсов. Сколько же тут было кораблей…

Вон прогревал двигатели ракетный крейсер «Каракал» с эмблемой Флота Калдари. Вон готовился к старту транспортный корабль корпорации Хуасёда (Hyasyoda Corporation), специализирующейся на «проблемных» торговых маршрутах в зоны военных действий или регионы со слабой защищённостью от космических пиратов. А вот неторопливо разворачивалась километровой длины туша грузового фрейтера класса «Харон» (Charon), такой корабль был способен перевозить до миллиона кубометров груза. Непонятно только было, чего такой исполин забыл в системе Кисого, находящейся в стороне от основных торговых маршрутов. Управляли гигантскими фрейтерами пилоты-капсулиры, вот и сейчас на борту гиганта красовалась эмблема «Пандемик Легиона» - состоящего из пилотов-капсулиров знаменитого альянса наёмников. Вместо нормального названия корабля на бортах «Харона» почему-то красовался рисунок неприличного содержания.

Вообще-то, в «Кодексе о маркировке кораблей», который курсантов Военной Академии заставили вызубрить наизусть, соответствующий параграф гласил, что «Допустимым названием корабля является набор букв, цифр или символов длиной не менее трёх знаков... Название должно быть нанесено контрастным к раскраске обшивки корабля цветом и быть хорошо читаемым автоматизированными системами». Про рисунки в Кодексе ничего не говорилось, но Зак предположил, что грамотные юристы «Пандемик Легиона» нашли какую-то лазейку в законах, а чиновники космических служб Государства Калдари не стали портить отношения с влиятельным альянсом и ввязываться в бесконечную череду судебных процессов.