Книга Выйти из игры, страница 216 – Михаил Атаманов

Зак задумался. Действительно, такая вроде бы элементарная мысль ему никогда и в голову не приходила. Капитаны-капсулиры действительно никогда не получали процентов на свои вклады, в отличие от всех других жителей галактики. Может, таким способом стимулировалась их активность? Ещё в Академии им внушали, что капитаны-капсулиры способны зарабатывать очень много, выполняя задания корпораций, охотясь за пиратами или ведя любую другую деятельность. Ведёшь себя пассивно – не получаешь доходов. Но Заку действительно не было известно ни единого случая, чтобы капсулир инвестировал свои деньги в проекты мега-корпораций или покупку недвижимости на планетах. Интересно, почему? Никто об этом не думал? Или не мог? Получалась какая-то странная картина экономики – параллельно существовало как бы два несвязанных между собой больших рынка: рынок товаров для пилотов-капсулиров с деньгами капсулиров, и рынок для всех остальных жителей галактики с деньгами государств, корпораций, частных лиц. И эти два рынка между собой вообще не пересекались! Что-то здесь было не так… Ну не мог же он быть первым из полумиллиона пилотов-капсулиров, который об этом задумался?!

— Да, вы правы, господин Якиморо. Действительно проценты на вклады пилотов-капсулиров не начисляются, и это почему-то никого кроме нас двоих удивляет. Я слушаю вас самым внимательным образом, - Зак отставил недопитый бокал и наклонился поближе к собеседнику.

Директор жестом подозвал своего слугу. Высокий худой калдари забрал на поднос вазу в фруктами и оба бокала, быстро протёр салфеткой несколько пролившихся на поверхность стола капель и активировал большой экран. Над поверхностью столешницы проявилось полупрозрачное голографическое изображение спутника Периметр-2-1.

— Я позволил себе заранее, на случай если наша с вами беседа пойдёт именно по этому благоприятному руслу, заготовить презентации нескольких проектов, в которых я бы хотел предложить вам участвовать. Во-первых, это строительство скоростного космического лифта, выводящего грузы массой до трёхсот тонн с поверхности Танакио на двухсоткилометровую орбиту. Это достаточно старинный проект, разработанный нашими проектировщиками ещё полвека назад. Он мог бы снизить себестоимость всех наших товаров и приносил бы таким образом постоянную прибыль. Но из-за нехватки финансирования мы так и не смогли приступить к активной фазе его реализации, хотя наземные работы были когда-то начаты. Вам, думаю, этот инвестиционный проект будет достаточно интересен, поскольку позволит уже через полгода по частям поднять ваш фрегат в космос. Или вы хотите устроить из вашего «Драмиэля» наземный музей?

Зак откинулся назад на спинку дивана, загадочно улыбнувшись. О нет, он вовсе не собирался оставлять тут свой «Драмиэль» ни в виде музея, ни тем более в виде ржавеющего металлолома. Не далее, как сегодня утром, у капитана состоялся по этому поводу разговор с главным инженером. Глен Увар утверждал, что корабль при определённых условиях можно будет поднять обратно в космос, правда предварительно потребуется провести ряд модернизаций – снять орудийные установки и системы наведения, внутренние металлические конструкции заменить на композитные нановолоконные, вольфрамированную 400-мм броню фрегата заменить на более тонкую и лёгкую или вообще полностью снять, усилив взамен энергетический щит корабля... Многое в этих расчётах инженера требовалось ещё проверять и перепроверять, но капитан уже заразился идеей Глена Увара взлететь с поверхности спутника в космос.