Онлайн книга «Печать пожирателя 12»
|
И звук. Низкий, ровный гул генераторов, но под ним — тихое, монотонное жужжание, похожее на работу высоковольтного трансформатора, и… тиканье. Будто метронома… Я шагнул внутрь. Энергофон в лаборатории был перемешан так, что уловить отдельные потоки даже мне удавалось с труом… Помещение было огромным, похожим на операционную, залитую холодным белым светом. А в центре зала стояли не четыре, а пять анабиозных капсул «Лотос». Четыре — по углам, их прозрачные крышки были закрыты, внутри виднелись застывшие в криогенном сне фигуры. Но пятая… пятая капсула была в самом центре. И она была активна. Внутри неё, погружённый в голубоватую жидкость, плавал человек. К его голове, груди, конечностям были подключены десятки тонких, светящихся синим фиброоптических трубок и игл. К крышке капсулы были приварены странные наросты — блоки из тёмного, отливающего синим сплава, что создавал Грошев. От них к остальным четырём капсулам тянулись пульсирующие энергетические каналы, видимые невооружённым глазом — потоки мерцающего, радужно-стального света. А у консоли управления, спиной ко мне, стоял Пётр Салтыков. Он не обернулся на звук взлома. Знал, что это я. — Я почти закончил, Марк, — его голос прозвучал спокойно, даже умиротворённо, — Ещё пара корректировок в нейронную карту, и система стабилизируется. Буйствовать не имело никакого смысла… Не сейчас… Я подошёл ближе, чувствуя, как по спине ползут ледяные мурашки. На мониторах вокруг плясали незнакомые мне графики. Это было не просто сканирование. Это была… карта. Карта сознания! Причём не одного, а нескольких, переплетённых в единую, сложную сеть. Я видел пять отдельных потоков данных, но четыре из них были приглушены, подчинены пятому — центральному. — Что ты сделал, Пётр? — мой голос был тихим, откровенно говоря, я едва сдерживал ярость, — Я тебе запретил! — Ты запретил рисковать, — Салтыков наконец обернулся. Его лицо было бледным, осунувшимся, но глаза горели тем самым нездоровым, лихорадочным блеском. На нём был не лабораторный халат, а чёрный, облегающий комбинезон с похожими фиброоптическими вкраплениями, что светились в такт пульсации каналов от капсул, — Я не рисковал. Я… нашёл решение. Очистил образец. — Какой образец⁈ — рыкнул я уже, указывая на центральную капсулу, за запотевшей крышкой которой не было видно лежавшего внутри человека, — Кто там внутри⁈ Ты подключил кого-то к сети⁈ К их сети⁈ — Не к их, — поправил Салтыков, и на его губах появилась тонкая, торжествующая улыбка, — К моей. Вернее, к нашей. Видишь ли, Марк, ты был прав. «Ключ», что в сидит внутри этих четверых — троянский конь. Дверь. Но я… Как бы поточнее выразиться — сменил на ней замок. Проанализировал структуру внедрения «Шестёрки», благо из-за того, что она на этих четырёх действовала слабее, и слабее сопротивлялась. — Безумец… — Она основана на определённых нейронных паттернах, на подмене базовых инстинктов выживания и страха, — продолжил Салтыков, как ни в чём не бывало, продолжая что-то править в коде, — Я разработал контр-агента. Вирус, если хочешь. Который не блокирует доступ, а… перенаправляет его. Заменяет их протоколы на мои. Я «искоренил» гниль из их заражения, Марк! Оставил только чистый канал. Канал к тому самому фоновому шуму, к той энергии, что они используют! |