Книга Печать пожирателя 10, страница 24 – Илья Соломенный

— Ещё и кровь, наверное, по заказу берёте в банках?

— Зачем? — искренне удивилась китаянка, — Мы её синтезируем в лаборатории. Сами понимаете, государство не потерпит, если узнает, что мы спокойно существуем в их… ммм… парадигме мира.

Я только фыркнул в ответ на это замечание.

Китаянка повела нас по широкому коридору, и её каблуки лишь чуть слышно стучали по полу. Свита следовала за нами на почтительном расстоянии.

— Я не удивлена, что вы ожидали чего-то более… стереотипного, — голос китаянки, холодный и ровный, раздался в тишине, — Гобелены, гробы, летучие мыши… О нас ходит дурная и устаревшая молва.

— Что-то в этом роде, — ответил я, сканируя пространство на предмет скрытых угроз.

Энергожгуты, спрятанные под кожей, трепетали, улавливая мощные потоки энергии, которые текли где-то глубоко под нами. Воздух был пропитан не только благовониями, но и едва уловимым гулом работающих механизмов и горьковатым запахом озонированного воздуха.

— На самом деле мы… Не так уж и сильно отличаемся от людей. Некоторые мои сородичи и вовсе считают, что вампиризм — это просто мутация, которая основана на магии крови.

— Так считали многие маги прошлого.

— Но не вы, господин Апостолов?

— Мой дед — Варг'Шад, и он не был вампиром большую часть жизни. Так что я совершенно точно знаю, что вампиризм — не мутация.

— А что же, по вашему?

— Дар, — я пожал плечами, — Или проклятие, это как посмотреть.

Китаянка мягко рассмеялась.

— Любите играть словами, господин Апостолов?

— Люблю. Но не люблю, когда собеседник знаете моё имя, а я его — нет.

— Можете называть меня Линь Шу.

— Рад знакомству. Это Илона, моя невеста.

— Я тоже очень рада, господин Апостолов, госпожа Кофеева.

— О, вы и про меня знаете? — удивилась Илона, картинно изогнув бровь, — Откуда?

— Господин Яковлев рассказал нам.

Мы с Илоной переглянулись.

— И почему он это сделал?

— Проще будет… Показать. Прошу, сюда.

Мы оказались в дальней части особняка, у стеклянного лифта. Зашли внутрь (втроём, безо всякого сопровождения), и он понёс нас вниз. Ощущение было таким же, как при погружении на дно океана — давящая тишина, нарастающее давление на барабанные перепонки.

— Вы ведь не просто так пригласили нас на чай? — наконец нарушил я молчание, глядя на затылок вампирши.

— Разумеется, нет, — она не обернулась, — У нас общая проблема. И, возможно, общая цель.

Спросить, что она имеет в виду, я не успел — лифт остановился. Двери разъехались, и нас ударило в лицо волной знакомых, но смешанных в причудливый коктейль ощущений.

Запах — едкая химия, озон, сталь и сладковатый, медный дух свежей крови. Звук — низкочастотное гудение мощных генераторов, шипение пара, монотонное бормотание на непонятном языке. И свет — резкий, холодный белый от неоновых ламп, смешанный с алым, пульсирующим свечением магических кругов.

Мы вышли — и я замер.

— Впечатляет…

Перед нами простиралась не пещера и не склеп. Это была колоссальная лаборатория, напоминавшая гибрид ЦЕРНа и алхимической мастерской. Сверкающие хромом и титаном станки и устройства соседствовали с бронзовыми жаровнями, где тлели странные травы. Голографические экраны висели в воздухе, показывая сложные энергетические схемы, а рядом на каменных стеллажах лежали древние фолианты в потёртых кожаных переплётах.