Книга Время, вперед!, страница 109 – Артём Март

— Ты уже столько навоевался, что на долю целой роты хватит! А ты все рвешься в бой! Так что нет. Если ты по поводу моего очередного отказа, то скажу прямо — не пущу!

Он стукнул ладонью по столу. Не сильно. Так, для острастки.

— Я не по этому, — сказал я.

Давыдов замер. Посмотрел на меня, приподняв бровь. Подозрительно прищурился.

— А чего тогда тебе надо?

Я выдержал паузу. Посмотрел ему в глаза. Потом сказал:

— Я хочу учиться. Пойти на заочное отделение и получить высшее образование.

Давыдов приподнял брови. Потер щеку.

— Офицером решил стать? — спросил он одобрительно.

— Да, — ответил я. — Решил.

Июнь 1985 года

Где-то на советско-афганской границе

— Ты, Митя, зря за него переживаешь, — проговорил Серега Котельников, поправляя автомат на плече, — ничего с ним не сделается. Будет жить еще лучше, чем на заставе.

Митя Луговой не ответил сразу. Только вздохнул.

Они шли по длинному, но относительно простому участку правого фланга их линейной заставы.

День был погожий. Высокое, но мягкое после ночного дождя солнце спокойно пригревало утренним светом.

Длинный забор системы, протянувшийся по левое плечо пограничников, блестел от выпавшей на проволоку росы.

Справа же спокойно шумел Пяндж.

— Да я думал, — заговорил, наконец, Митя, — его на заставе еще хоть полгода продержат. Думал, если разрешат, заберу Алмаза с собой.

Настроение у Мити было совсем не к черту. Приписанный к нему пес немецкой породы, по кличке Алмаз, вчера ушел на заслуженную пенсию.

Митя привязался к этому кобелю. Алмаз был хоть и старым, по пограничным меркам, сторожевым псом, зато страшно умным. По границе бегал он ходко, хорошо знал и слушал команды и даже не застревал в малозаметных препятствиях, как его брат из одного помета по кличке Сизый.

Митя мечтал, что после службы заберет настоящего пограничного пса с собой. Часто думал о том, как обзавидуется его дядька Васька — заядлый охотник и собачник.

Да вот, не срослось. И Алмаза, и Сизого забрали вчера еще до боевого расчета.

Благо, что мудрый их командир — Андрей Иваныч, хотя бы поставил Митю в утренний дозор, чтобы он мог вернуться к вечеру и попрощаться с верным другом.

— Вот увидишь, — проговорил Сергей, прикрывая глаза полями панамы от солнца, — возьмет твоего Алмаза к себе какой-нибудь отставной прапор, и заживет пес как надо. Будет целыми днями кости грызть, да кашу жрать от пуза.

Митя не ответил. Только что-то пробурчал себе под нос.

Вообще, в последнее время на их заставе творилось черт знает что. Замполит ушел еще две недели назад, а нового им пока не подослали. Собирался уходить и начальник.

Старший лейтенант Андрей Иванович Гладко, уже два года руководивший заставой, шел на капитана. И переводился куда-то в другое место.

Мда. Бурлила застава весь последний месяц. Менялась.

И Мите казалось, что совсем скоро она уже не будет прежней. Изменится. Станет каким-то другим, незнакомым ему местом.

Они прошли вдоль КСП еще метров двести, добрались до калитки и прошли на ту сторону системы. Принялись подниматься выше, к стоящей на холме, за широким дувалом, заставе.

— Это ж, получается, штат по собакам у нас неполный, — проговорил Сергей. — Наверное, новых привезут. Вот, Андрей Иваныч тебе другого пса и даст.

— Другого пса, — буркнул Митя. — Тоже мне. Радость. А если он окажется дурной? Да даже если и нет, привыкать к нему придется. В общем… Одни проблемы.