Книга Они были братьями. Часть 2, страница 72 – Артём Март

— Говори, Абдул-Хаким, — вздохнул я, — чего у тебя случилось? Или будем тут до вечера стоять?

Лекарь ещё несколько мгновений помялся, силясь решиться, и всё же заговорил:

— Через… Скоро. Может, через день. Может, через два, — робко начал он, а потом осёкся. Сглотнул. И наконец закончил: — Здесь будут Карим-Паша и его люди, товарищ прапорщик. И тогда всем нам не сдобровать.

* * *

Хаджи Абдулла вернулся домой, когда стало уже совсем жарко.

Он вошёл во двор, закрыл за собой калитку и несколько мгновений стоял неподвижно, глядя на пыльную землю под ногами.

Внутри у него всё кипело. Он не мог понять, что именно пошло не так. План был прост. Шурави приходят, отвлекаются на волка, он подаёт сигнал, и четверо мужчин хватают их без лишнего шума. Но этот прапорщик смотрел на него так, будто знал всё с самого начала. Будто читал его мысли. И волк. Волк не тронул его, этого молодого шурави. Не тронул, зато пытался убить самого Хаджи, едва он коснулся сухой, плотной, как панцирь, шкуры зверя.

Такое положение дел не укладывалось у Хаджи в голове.

Он вошёл в дом. Наджибулла, который, видимо, недавно натаскал домой воды, сидел теперь в углу и, увидев отца, тут же вскочил. Хаджи махнул рукой — сиди. Мальчик медленно и очень настороженно опустился обратно на своё место и затих.

В доме его уже ждали. Сабир сидел на ковре у стены и нервно постукивал пальцами по колену. Тарик стоял у окна, скрестив руки на груди. Фарук — самый старший из всей тройки, сидел на подушке у дальней стены и молча перебирал чётки. Все трое подняли головы, когда Хаджи вошёл.

— Ну? — спросил Сабир излишне резко. — Что случилось? Почему вы всё отменили, Хаджи? Мы так долго ждали вашего сигнала, а вы так ничего и не сделали! Только стояли и смотрели на этого шурави, будто увидели самого Иблиса!

— Повежливее, мальчик, — мрачно ответил ему Хаджи, и молодой пастух Сабир тут же переменился в лице. Как-то виновато опустил взгляд.

Хаджи не продолжил сразу. Под внимательными, холодными взглядами остальных он прошёл к своему месту, опустился на ковёр и налил себе воды из кувшина. Пил медленно, чувствуя, как холодная вода остужает горло. Остальные ждали, и Хаджи буквально чувствовал, как их нетерпение нарастало, словно жар в полдень.

— Они знали, — сказал наконец Хаджи. — Этот прапорщик. Он знал о засаде. Он видел вас в камнях.

— Знал? — переспросил Тарик, отлепляясь от окна. — Откуда? Ты сказал ему?

— Я не говорил.

— Но тогда откуда?..

Хаджи Абдулла вздохнул. Потом угрюмо глянул на Сабира.

— Может, заметил вас в камнях. А может… Может быть, догадался.

— Догадался? — Сабир снова не удержался и фыркнул. — Человек не может догадаться о засаде, которую никто не выдал!

Хаджи медленно повернул голову и посмотрел на Сабира. В его взгляде не было злобы, но было что-то другое — тяжёлое, холодное, словно кусок свинца. Сабир осёкся.

— Ты считаешь, что я выдал засаду? И зачем же? — внешне спокойно проговорил Хаджи.

— Я… — замялся молодой пастух, снова, видимо, осознавая, что перегибает, — я не имел этого в виду, уважаемый Хаджи…

— Никто ничего не выдавал, — покачал головой Хаджи Абдулла. — Просто у нас не получилось.

— У нас всё равно оставался шанс, — покачал головой Тарик. — Нас было больше. Они бы не успели…