Книга Они были братьями. Часть 1, страница 62 – Артём Март

— Да, слушаюсь, Карим-Паша, — поспешил поклониться Хехад.

Потом он снова собрался выйти, но Каримов остановил его и на этот раз:

— Заплатишь из своего жалования. Деньги на квартиру, что ты забрал себе, верни в кассу. Понял?

— Э-э-э… Да, Карим-Паша… Как прикажете Карим-Паша…

— Хорошо. Веди его.

Хехад суетливо вышел на улицу, гулко зацепив стволом винтовки дверной косяк. Через минуту, впрочем, он вернулся. И теперь был не один.

— Здравствуй, Карим-Паша… — низко поклонился Латиф.

Худощавый афганец неуверенно топтался теперь в центре комнатки и нервно мял свой грязноватый паколь, словно бы не зная, куда ему деть руки. Сутулил плечи, пряча от Карима-Паши взгляд.

— Прошу, проходи, друг мой, — вежливо сказал Каримов, — присядь со мной. Не бойся.

Латиф опасливо обернулся. Боязливо взглянул на Хехада. Потом робко прошел и сел за стол, на верблюжий ковер перед Каримом-Пашой. Ссутулился, опустив голову.

— Скажи, Латиф, — начал Карим-Паша, сворачивая записку, — хорошо ли с тобой обращались? Успел ли ты отдохнуть и поесть?

— Да, господин, спасибо, господин, — несколько растерянно заулыбался Латиф.

— Очень хорошо, — Каримов сунул записку в бумажный конверт. Отложил. — Тогда не будем тянуть. Перейдем к делу.

Латиф обернулся, чтобы посмотреть, не удалится ли Хехад. Моджахед остался стоять на месте. Латиф нервно сглотнул.

— Ты хорошо служил мне, Латиф, — заговорил Каримов. — Ты всегда был хорошим проводником и осведомителем. Хорошо знаешь местные тропы и горы, и много сделал для моего отряда.

— Спасибо, господин, я рад служить и…

— И всегда получал достойную плату за свои дела. Так? — Карим-Паша немного склонил голову на бок.

— Д-да, господин.

Каримов вздохнул. Немного помолчал.

— Я знаю, что Шер-Ага был твоим другом. Что спас тебе жизнь в том ущелье. А потому, я понимаю твои чувства. Шер в плену. И сейчас мы ничем не можем ему помочь.

— Спасибо, господин, — горько покивал Латиф. — Я надеюсь, что все обойдется. Что его обменяют.

— Я думаю, непременно обменяют, — кивнул Каримов, в сущности, совершенно так не думая. — Скажи мне, Латиф. Ты понимаешь, почему я велел послать за тобой?

— Потому… — неуверенно начал Латиф, пряча глаза, — потому что в прошлый раз вы торопились и… и мы не успели с вами поговорить…

— И да, и нет, — сказал Карим-Паша, немного помолчав.

Латиф не торопился отвечать. Вместо этого просто смиренно ждал.

— Не буду ходить вокруг да около, — продолжил Каримов, когда молчание, по его мнению, затянулось. — Меня интересует две вещи. Начнем, как говорится, с начала. Скажи, как ты выбрался из плена русских?

Латиф сглотнул, виновато взглянул на Карима-Пашу, но потом снова опустил глаза. Замямлил:

— Я… Меня… Отпустили…

— Угу… — едва заметно кивнул Каримов. — А перед этим допрашивали?

— Да, господин.

— И что ты им сказал?

— Ничего такого, — поспешил ответить Латиф. — Видит Аллах, я говорил им правду. Что меня спасли от волков советские пограничники и привели на заставу. Но пусть Всевышний накажет меня огнем и болезнью, если я хоть слово сказал о том, что связан с вами и вашим отрядом! Я…

Латиф говорил быстро и сбивчиво. Каримов заметил, как испарина выступила у него на лбу.

— Тише. Тише, дорогой мой Латиф, — успокоил его Карим-Паша. — Я ведь ни в чем тебя не обвиняю.