Книга Операция "Янус-1", страница 117 – Артём Март

— Тебя могут завербовать, если поймут, что я не иду, — пожал я плечами. — Увольнительная, её неформальная обстановка — благодатная среда для таких делишек.

Чижик погрустнел. Замолчал.

— … И ни в коем случае не поддаваться искушению навязать противнику ближний бой в невыгодных для себя условиях, — продолжал тем временем читать свою лекцию капитан Артемьев. — Город, как и горы, — это территория, где ваше главное оружие — не автомат, а терпение и расчёт. Броситесь вперёд — попадёте в засаду. Проявите выдержку — противник сам себя обнаружит. На войне, как в математике, действуют строгие законы, и главный из них — закон сохранения сил…

— Знаешь, Саш, — снова заговорил вдруг Чижик, — я, наверное, не пойду. «Пиратов» же не последний день в кино крутят, да?

— Наверняка не последний, — улыбнулся ему я.

— Ну… — После небольшой паузы заговорил Серёга, — ну а ты что планируешь делать?

— Есть у меня в городе дело одно. Вот его и планирую.

— Что за дело? — Чижик заинтересовался. — Мож, тебе помощь какая нужна? А? Я…

— Старший сержант Чижков! — Капитан Артемьев отложил мел и повернулся к нам. Слушатели подняли головы. В классе наступила тишина, прерываемая лишь скрипом табурета, на котором кто-то невольно дёрнулся. — Раз уж ваша беседа кажется вам важнее тактики огневого контакта, проиллюстрируйте её практическим примером. Подойдите к карте.

Чижик побледнел, поднялся, сделал несколько неуверенных шагов к учебной доске, где висела карта горно-пустынной местности.

— Вы — командир разведдозора, — продолжил Артемьев, взяв указку. Его голос стал холодным и отчётливым, как приказ, отданный на плацу. — В точке «Четыре» вы обнаружили следы противника: отпечатки ног, гильзы, следы бронетехники. Ваши дальнейшие действия? По уставу. Подробно.

Чижик замер, его глаза судорожно бегали по условным обозначениям. Он бормотал что-то про доклад и наблюдение, но связной картины не выходило.

— Не хватает конкретики, — отрезал Артемьев, и в его глазах мелькнуло что-то вроде удовлетворения. — Садитесь. Двойка. Старший сержант Селихов. Продолжите. Только, — он сделал едва заметную паузу, — давайте обойдёмся без лирических отступлений про «афганский опыт». Чистый алгоритм.

Я встал. В классе все замерли, будто выдох застрял в двадцати глотках разом.

— Товарищ капитан. Алгоритм согласно БУС, часть третья, — начал я ровным голосом, стоя по стойке смирно. — Первое: немедленная организация круговой обороны на удалении не менее пятидесяти метров от обнаруженных следов. Второе: высылка дозора не более трёх человек для уточнения направления движения, с обязательным условием — их маршрут не должен пересекать видимый след.

Я сделал маленькую паузу, видя, как Артемьев готовится вмешаться, но продолжил, чуть усилив голос и не дав ему перебить меня:

— Третье: установление наблюдения не за самими следами, а за подходами к ним. Наши следы тоже могли заметить. Четвёртое: доклад по радио с кодовым словом «Повтор» — это означает, что информация требует перепроверки, и запрос на инструкции о дальнейшем сближении или отходе.

Артемьев открыл рот, но я и в этот раз не дал ему вставить слово:

— Устав, пункт 3.12, гласит: «При обнаружении признаков противника командир обязан действовать исходя из принципа сохранения разведгруппы как основного источника информации». Следы — уже информация. Рисковать группой для сбора избыточных данных — нарушение этого принципа. Моя задача — не подтвердить то, что я уже вижу, а обеспечить живыми людьми доставку этих сведений командованию. Всё остальное — неоправданный риск.