Книга Меж двух огней, страница 105 – Артём Март

— Да тихо ты, не прибью я тебя, — строго, но стараясь сохранять добродушный тон голоса, проговорил я и аккуратно высвободил ее ногу из неудобной щели.

Девчонка, как я и думал, не растерялась. Едва почувствовав, что нога свободна, она вскочила, помчалась было прочь, вниз по склону. Однако почти сразу ойкнула, спотыкнулась и упала. Съехала вниз по коврику низкорослой травы.

— Вот егоза, — сказал я, поднимаясь и вешая автомат за спину.

Когда я спустился к ней, девчушка принялась отползать, но почти сразу уперлась спиной в большой камень.

— Спокойно. Спокойно, егоза ты этакая, — опустился я рядом.

А потом заметил, как она уже шарит рукой в поисках чего потяжелее, чтобы огреть меня по голове. Однако я сделал вид, что не заметил. Вместо этого полез в свою шамабадскую аптечку.

— Это аптечка. Аптечка, видишь? Уж это ты должна понимать, — проговорил я, показав неаккуратно вышитый на клапане красный крестик.

Крестик был делом рук Васи Уткина, который, хоть до армии и не учился шить, потому как для этого дела у него была его Настенька, все же выучился паре простых стежков.

Девочка уставилась на мою сумку. Уставилась с нескрываемым недоверием, но все же перестала шарить рукой. А потом позволила осмотреть ногу. Вернее будет сказать, не препятствовала этому. Однако взгляд ее оставался недоверчивым и колким.

Я аккуратно подвернул край штанины ее шароваров.

— Так… — буркнул я, осматривая распухший голеностоп и посиневший сустав. — Не перелом. Скорее всего растяжение. Связки повредила. Будем надеяться — не порвала.

Девчушка наблюдала за тем, как я рылся в аптечке. Пусть с личика ее и не сходила злая мина, во взгляде уже проступала, если и не надежда на помощь, то легкое любопытство.

Пусть и не сразу, но девчушка позволила мне сделать укол анальгина — пара тюбиков-шприцов была у меня в аптечке. Затем я полил ей ногу водой, чтобы охладить.

— Давай мне без глупостей, — строго пригрозил я, — ногу нужно обездвижить. Шину наложить. Так что не двигайся. На вот. Пожуй лучше, пока я найду подходящие палки.

С этими словами я протянул ей пачку галет. Девчонка приняла их без колебаний, однако все равно вырвала еду диковатым, резким движением.

Я стал подниматься на ноги. А потом застыл на полудвижении. И бросился за камень, накрыл девочку своим телом. Та было зашипела, но я почти сразу зажал ей рот рукой. Перетерпел болезненный укус.

— Тихо ты, дурында, — просипел я сквозь зубы, — тихо, не шевелись. Ни то оба помрем. Тихо…

Я сильнее вжал ее в землю. Вжался под камень сам, стараясь занизить наш профиль.

— Мака ху кучо да истрарей, — донес до меня ветер чужой голос.

Из-за небольшого каменного хребта к нам поднимались душманы.

Я не видел, сколько душманов поднимались по склону, пробираясь совсем недалеко от нас. Прежде чем залечь, успел заметить лишь то, как из-за камней показался паколь одного и высокий тюрбан другого.

Душманы шли беззаботно. Празднo переговаривались о чем-то. Голоса врагов доносились до моего уха приглушенными, плохо разборчивыми. Праздный их тон, тем не менее, говорил мне о главном — они не успели заметить ни меня, ни девчонки. И это было хорошо.

Девчушка егозилась подо мной недолго. Недолго сопротивлялась тому, что я пытался как можно сильнее вжать ее в землю. Она довольно быстро распознала, что к нам приближаются враги. И затихла.