Книга Тень «Пересмешника», страница 26 – Артём Март

Я вздохнул. Обернулся к девушке.

— Как зовут девочку? — спросил я как можно спокойнее. Старался, чтобы голос мой звучал благожелательно.

— К-Катя… — прошептала она.

Я покивал.

— Как давно к тебе приходили душманы? Кто это был? Помнишь?

Девушка подняла на меня взгляд.

— Я…

— Какие душманы⁈ — крикнул Бледнов. — О чём ты, Селихов? Ты…

— Анахита, — сказал я, — сливала им всю информацию, что получала от тебя. А Муаммар Машалович прикрывал её. Даже перед самими душманами.

— Ч-что? — удивился Бледнов. Потом посмотрел на Анахиту заблестевшими глазами. — Это какой-то бред… Ведь бред же? Да, Аня?

Девушка скривилась, спрятала лицо. Заплакала. Старик немедленно приблизился к ней. Погладил по спине. Девчушка, видя мамины слёзы, тоже раскричалась.

— Я… — сквозь рыдания начала Анахита. — Я лишь хотела защитить Катю… Я не знаю, как они поняли… Может, через соседей.

Она снова спрятала лицо, уткнулась им в бочок девочки.

— Что? — в полнейшем изумлении выдал Бледнов. — Что?.. Что ты такое говоришь?.. Ты… Я ведь ничего тебе не рассказывал! Никакой важной информации! Ничего! Я…

— Она рассказывала им всё, — перебил его я. — Всё, что могла узнать от тебя. Всё, что ты мог неосторожно обронить в разговоре. Всё, на что жаловался. Ведь скажи, ты рассказывал ей о том, что к кишлаку прибывает разведвзвод? Был у неё тем вечером, когда на заставе узнали, что мы придём?

Бледнов широко раскрыл глаза. Сглотнул. Раскрыл и закрыл рот.

— Я не помню… Я… Если даже что-то и говорил, то ничего существенного…

— Ты говорил… — выдала Анахита через плач. — Говорил! Жаловался, что если придут ваши разведчики, вам на заставе может добавиться хлопот!

Я перевёл взгляд с Анахиты на Бледнова.

— Если даже и говорил, то это какие-то крохи! Крохи и только! — попытался оправдаться он.

— Этого достаточно, — вздохнул я. — О том, что группа прибыла к кишлаку, местные знали и так. Анахита рассказала им, какая именно это была группа. А рассчитать удачную позицию для засады несложно, если знаешь, что удачный скрытный подход к кишлаку только один.

Остолбеневший Бледнов уставился на свою «жену».

Он молчал. Молчал долго, не в силах ей что-то сказать. Наконец спросил:

— Это правда?

Девушка силой воли подавила плач. Шмыгнула. Принялась успокаивать дочку. Запела ей какую-то песенку на дари.

Мы терпеливо ждали.

— Они… — начала она, когда девчушка подутихла и успокоилась, — они нашли меня на базаре, когда я ходила купить молока. Сын пастуха по имени Псалай подошёл ко мне. Завязал разговор. Разговор тот был безобидным. Обыденным. Но потом он намекнул мне, что они знают про Катю.

— Как… Как они узнали?.. — спросил Бледнов полумёртвым голосом.

— Я… Я не знаю… Может, от соседей. Может, ещё как-то… Они не говорили… Они…

— Как узнали, это уже неважно, — сказал я. — Важно то, что конкретно ты им рассказывала.

Девушка поначалу молчала. Молчал и Бледнов, изумлённо ожидая ответа.

— Вы… Вы правильно догадались… Вы… Я… — залепетала она. — Я говорила им всё, что рассказывал мне Ваня. Всё, что удавалось узнать. Если он упоминал о какой-то вылазке — я рассказывала. Если о какой-то операции — рассказывала. Если о своей службе — рассказывала. И о том…

Она замялась, подняла на меня глаза.

— О том, что к кишлаку придут разведчики, тоже рассказывала…