Книга За речкой, страница 86 – Артём Март

— Разговорчики! — крикнул вдруг Муха.

Матовой тут же затих. Как виноватый школьник уставился на Муху.

— Рядовой Матовой.

— Я!

— Встать.

Сергей тут же торопливо поднялся.

— Тебе есть что нам рассказать, раз ты там болтологию разводишь? — строго спросил его Муха.

— Н-никак нет. Виноват, товарищ старший лейтенант.

— Сиди, помалкивай и слушай. Вопросы?

— Нет вопросов, товарищ старший лейтенант.

— Сесть.

Сережа сел. Виновато уставился на меня. Потом на Муху.

— Так вот, — продолжал Муха. — Муаллим-и-Дин остался бы для нас загадкой, если бы не информаторы, действующие в кишлаке. Они сообщили весьма интересные подробности о его «проповедях». А именно, что они несут явный антисоветский характер. А позже и вовсе в них появились призывы к борьбе. Причем эти призывы открыто поддерживаются местным населением. Но и это еще не самое главное. Главное — мы не знаем ни личности этого человека, ни того, каким маршрутом он прибывает в Айвадж. А так же каким образом он покидает его незамеченным. Подходы к кишлаку контролирует первая ПГ. И никто ни разу не заметил этого человека на дороге к кишлаку.

— Товарищ старший лейтенант! Разрешите обратиться! — поднял руку сержант Геворкадзе из первого отделения.

— Да. Чего такое, Андро.

— Разрешите спросить. Так может, этот Муаллим-и-черт его знает как, постоянно находится в кишлаке?

— Если б было так, Андро, — кивнул Муха, — информаторы бы его давно вычислили. Нет, он прибывает и отходит по мере надобности. Еще вопросы?

— Никак нет!

— Хорошо. Так вот. Но в последние две проповеди и вовсе закончились тем, что Муаллим-и-Дин принялся раздавать оружие местным. Причем неизвестно, откуда все это добро у него взялось. По политическим причинам мы не можем перевернуть весь кишлак вверх дном и найти схроны. Пути поставок тоже остаются для нас загадкой, так как все караваны контролирует застава. Как этот хитрый черт протаскивает оружие в кишлак — загадка. Причем загадка сложная. И именно ее мы и должны разгадать. Вернее, не только ее. Первоочередная задача — идентифицировать этого Муаллим-и-Дина. Попытаться понять, как он попадает в кишлак и как уходит. Ну и конечно — где течет ручеек поставки.

— Разрешите обратиться, товарищ старший лейтенант, — поднял я руку.

Муха уставился на меня. Потом переглянулся с Волковым. Лицо последнего снова стало предельно кислым, когда я подал голос.

— Разрешаю. Что такое, Селихов?

— Что вы имели в виду, говоря о щепетильных проблемах политического характера? В чем их особая «щепетильность»?

Муха нахмурился. Едва заметно вздохнул.

— Муаллим-и-Дин однозначно занимается вербовкой новых боевиков. И особое его внимание направлено на детей. Он активно раздает оружие малолетним от десяти до двенадцати-четырнадцати лет, — Муха заглянул мне в глаза. — И хотя я надеюсь, что такого не произойдет, но вполне возможно, что во время выполнения боевой задачи, нам придется столкнуться с этими детьми в бою.

БТР-70 медленно ползли по белой, выжженной дороге, что протянулась по степной равнине. Они, словно огромные бронированные жуки, неумолимо двигались вперед, вяло вращая своими большими колесами.

У нас за спиной развернулись огромные холмы. По правую руку протянулась горная цепь. Она походила на уродливые красные собачьи зубы, пляшущие в разогретом афганском воздухе. С левой стороны тоже высились какие-то горы. Ну а всюду вокруг — равнина. Только редкий суховатый кустик, валун или верблюжья колючка попадался на сухой, устланной кое-где коричневой травой земле.