Книга За речкой, страница 82 – Артём Март

Очень уж не хотелось замкомвзвода вести какие-то разговоры здесь, в этом людном месте. Даже если эти разговоры, в чем я лично сомневался, касались службы.

— Нет. Отойдем.

Мне очень хотелось ухмыльнуться, но я сдержался. Вместо этого сделал очень серьезное и предельно «служебное» лицо, а потом громко, так, чтобы все слышали, сказал:

— Скажите, ваша просьба отойти, чтобы поговорить без посторонних, это приказ?

Волкова мой излишне громкий голос и формальный тон будто бы по голове ударили. Он даже на миг скривился и втянул голову в плечи. Снова заозирался, наблюдая, как лейтенант с сержантами обернулись, чтобы посмотреть, что же происходит. Обернулся и прапорщик.

Замкомвзвода понимал, что если он все же настоит, то для окружающих это будет выглядеть несколько странно. А еще может выставить старшего сержанта в очень невыгодном свете. Вдруг другие офицеры и солдаты решат, что Волков какой-нибудь интриган?

— Пожалуй, можно и здесь, — протянул он сквозь зубы.

— Хорошо. Надеюсь, наш разговор не затянется, товарищ старший сержант. Я следую по служебным делам.

И снова реакция такая, будто бы Волкова стукнули молотком по макушке.

— Нет. Ну, конечно же нет, — вымученно улыбнулся он. — Но это не значит, что дело не серьезное.

Не ответив, я только кивнул.

— Утренние занятия уже закончились, а документация по ним еще не заполнена. Это, Саша, непорядок, — он ухмыльнулся. — Определенное нарушение дисциплины. Возможно, у себя на заставе ты мог себе такое позволить, но здесь — дело другое.

— Занятия официально закончились меньше сорока минут назад, — пожал я плечами. — Личный состав обедает. Можешь не переживать, Дима. После обеда я все заполню и принесу тебе под роспись.

Волков нахмурился.

— Похоже, ты более расторопен в том, чтобы провоцировать бойцов нарушать дисциплину, — понизил голос Волков, — чем в исполнении своих служебных обязанностей.

А потом он подался ближе ко мне. Начал еще тише:

— Ведь поднимать мятежи против офицеров, что тебе не по душе, веселей, чем заполнять бумажки, не так ли?

Я хмыкнул, ничего не ответив ему сразу.

Я уже давно понял, что документы — лишь предлог к тому, чтобы вызвать меня на конфликт. Волков хотел продемонстрировать свой авторитет, а мне — указать место. Причем сделать это он планировал в своей мерзковатой, змеиной манере.

Да только по его правилам я играть не собирался. И более того — как и планировал, вывел замкомвзвода из себя, чтобы вытянуть из него истинные намерения. О которых, к слову, и так догадывался.

— Но тут тебе не Шамабад, Селихов, — продолжил Волков в полголоса. — Тут Хазар-Кала! Тут Афган. А ты — на карандаше у товарища старшего лейтенанта. И хоть одно нарушение дисциплины — и тебя переведут в…

— А ты? — спросил я.

Волков осекся. Вопросительно приподнял бровь.

— А что я?

— А ты на карандаше?

— В каком смысле?

— А надо бы Мухе озаботиться.

Волков опять скривился, но так, будто ему завоняло.

— О чем это ты? Не пойму.

— Разреши поинтересоваться, а где ты был после стрельб, когда твое отделение проводило тактическую подготовку?

На лице Волкова тотчас же потухли все эмоции, но в следующую секунду оно вытянулось вслед за приподнявшимися от удивления бровями.

— Бойцы видели, как ты скинул руководство на сержанта, а сам удалился не пойми куда, — ухмылка моя стала настолько мерзкой, что Волков сглотнул, — у меня даже на миг возникло ощущение, что командир им и не нужен. Сами прекрасно справляются. Так, может, и замкомвзвода у нас в подразделении — лишняя должность, а?