Книга Академия Дракхана. Любовь против тьмы, страница 96 – Людмила Черныш

Завтрак вчетвером превратился в шумное и веселое приключение. Филип не упускал возможности подколоть брата, напоминая, как тот бегал босиком по росе, а Мелоди уже вовсю строила планы на ближайший праздник, обещая, что на этот раз все пройдет без происшествий. Виолетта слушала их болтовню, и на душе у нее было удивительно светло. Это были именно те разговоры, те простые радости, которых ей так не хватало.

Солнце поднималось все выше, согревая террасу и заливая мир ярким светом. Виолетта снова посмотрела на свою руку с кольцом. Камень на нем сверкал так чисто, словно отражал саму надежду. Она поняла, что их история любви не закончилась, она только начинается. Теперь, когда нет больше теней прошлого и чужих игр, они могут писать свою историю сами, с чистого листа.

— Нам пора на занятия, — с улыбкой напомнил Виталион, поднимаясь и подавая ей руку.

Они уходили с террасы вместе с друзьями, весело переговариваясь и смеясь. Виолетта шла рядом с Виталионом, чувствуя его тепло, и они медленно растворялись в толпе других студентов, заполнявших коридоры академии. Под мирным, бесконечным весенним небом, на котором больше не было места тьме, они начинали свой первый по-настоящему счастливый день.

Прошло несколько недель с той роковой ночи в часовне, когда само мироздание едва не раскололось надвое. Для кого-то в академии это время пролетело как один миг, для других же оно стало долгой дорогой исцеления. Но сегодня, глядя на залитый солнцем внутренний сад, Виолетта с трудом могла заставить себя вспомнить тот ледяной холод хаоса, который едва не поглотил ее душу.

Был обычный учебный день, один из тех скучных, рутинных дней, о которых она когда-то тайно мечтала, считая их величайшей роскошью. Виолетта сидела на мягкой траве под раскидистым дубом, обложившись тяжелыми фолиантами и исписанными конспектами. Рядом с ней, прислонившись спиной к мощному стволу, расположился Виталион. Он был полностью погружен в чтение сложного трактата по метафизике туманных материй, и на его лице больше не было той тени изнеможения, которая преследовала его долгие месяцы.

Виолетта поймала себя на том, что уже несколько минут просто наблюдает за ним, забыв о собственных записях. Она заметила, что Виталион стал чаще улыбаться. Раньше его улыбки были редкими и словно надломленными, а теперь они стали естественными и теплыми. Даже его магия, которая когда-то была источником первородного ужаса для всей академии, преобразилась.

Теперь легкая серебристая дымка помогала ему в учебе. Она послушно удерживала закладки в книгах или перелистывала страницы, когда его руки были заняты. Окружающие студенты, проходившие мимо, больше не шарахались в стороны и не шептались в ужасе. Они видели в нем талантливого мага, а не спящего монстра.

— Если ты будешь так на меня смотреть, я никогда не дочитаю эту главу, — не открывая глаз от текста, нежно произнес Виталион. На его губах заиграла та самая легкая улыбка, от которой у Виолетты до сих пор сладко замирало сердце.

— Я просто проверяю, не исчез ли ты, — отшутилась она, хотя в каждой шутке была доля правды.

Жизнь наполнилась рутиной, и эта предсказуемость казалась им обоим величайшим благом. Больше не было тревоги, которая заставляла просыпаться среди ночи, не было ожидания внезапного удара или похищения. Тьма ушла, оставив после себя лишь чистое весеннее небо и возможность просто быть собой.