Книга Академия Дракхана. Любовь против тьмы, страница 36 – Людмила Черныш

— Филип, Мелоди, послушайте… — Виолетта внезапно заговорила, и ее голос, поначалу тихий, окреп. — Макс… он обладает какой-то запредельной силой. Я видела это сегодня в парке, я чувствовала это в квартире в том мире. Но откуда она у него? В нашей академии, во всех учебниках, что я читала, всегда твердили одно, что темные туманные драконы верхушка магической иерархии. Самые сильные, самые опасные. Виталион всегда считался эталоном мощи. А тут появился Макс, чья сила в разы, в десятки раз превышает возможности любого дракона. Он подавляет пространство, он стирает память без усилий, он… он обмолвился про другие миры. Словно наш мир для него лишь одна из многих остановок.

Филип, который до этого задумчиво перебирал какие-то склянки, внезапно замер. Его лицо стало непривычно серьезным. Он медленно поднялся и, не говоря ни слова, направился в глубь убежища, к массивным стеллажам, уходящим под самый потолок. Там, среди сотен томов, он безошибочно вытянул один, огромный, обтянутый потертой черной кожей фолиант с серебряными застежками, которые тускло блеснули в свете свечи.

Вернувшись к столу, Филип тяжело опустил книгу, от чего поднялось облако пыли. Он быстро начал листать пожелтевшие страницы, его пальцы стремительно скользили по строчкам, написанным на древнем наречии, которое Виолетта понимала лишь частично.

— Вот, нашел, — выдохнул он, указывая на страницу, украшенную сложной гравюрой, изображающей существо, сотканное из звезд и чистого пламени. — Послушайте, что здесь сказано. «Существуют разные магические миры и разные магические потенциалы. Имеются такие сущности, чья природа не ограничена одной реальностью. Их называют Странниками или Ткачами Пустоты. Они без проблем могут путешествовать между мирами, и их сила поистине безгранична».

Филип поднял глаза на девушек, и Виолетта увидела в них настоящий, глубокий страх.

— Здесь написано, что обычные магические законы им не подчиняются. Они сами меняют пространство вокруг себя. Они могут уничтожать целые миры и создавать новые, менять реальность всего одним щелчком магии, подстраивая ее под свои нужды. Но… — он сделал паузу, вчитываясь в мелкий шрифт внизу страницы. — Было одно, что оставалось им неподвластно. Древний закон равновесия. Если такое существо хочет заключить истинный союз с представителем другого мира, он обязан получить добровольное согласие. Если же он попытается присвоить человека насильно, сломить его волю заклятием или подчинить магией крови, сама природа этой силы обратится против владельца. Магия разрушит их изнутри, превращая в пепел за считанные мгновения.

Виолетта от услышанного даже осела на кресло, чувствуя, как подгибаются ноги. Картина мира, которую она знала, окончательно рухнула. Она была не просто девушкой, попавшей в любовный треугольник. Она стала объектом интереса сущности, способной стирать цивилизации.

— Значит, — прошептала она. — Все это время… его забота, его мягкость, его попытки убедить меня, что я сама хочу быть с ним… это не любовь. Это страховка. Он ждет моего согласия, потому что иначе просто сгорит.

— Но радует тот факт, что он не сможет тебя принудить к отношениям напрямую, — Мелоди подошла к подруге и положила руку ей на плечо. — Он не может заставить тебя любить его магией. Но, Виолетта, он ведь может заставить тебя согласиться иначе… Если он поймет, что ты не сдаешься, он может начать устранять тех, кто тебе дорог. Если он навредит Филипу, мне или… Виталиону, ты можешь согласиться просто ради того, чтобы спасти нас.