Книга Эффект Годзиллы, страница 71 – Елена Логунова

Дверь тетушкиной квартиры приоткрылась, в щель высунулся Волька, неприязненно сверкнул очами на Кружкина и потребовал:

— Ми-и-и!

«Мимо не проходим!» — расшифровала я и насмешливо поклонилась:

— Как велите, барин.

— Не задерживаю вас, жду у себя через час. — Художник устремился вниз по лестнице.

— В магазин побежал, — предположила Ирка, проводив его одобрительным взглядом. — За чем-нибудь очень нужным для правильного, пусть и малого суаре.

— Большое у него устраивать не стоит, — заметила я. — Слишком велик риск получить не суаре, а последний день Помпеи: обрушить мусорные вавилоны по периметру комнаты и похоронить под ними всех гостей.

Хихикая, мы вошли в квартиру тетушки, но быстро перестали смеяться, увидев фронт работ.

Полная кроваво-красных ягод ванна выглядела зловеще. Отлично смотрелась бы на давешнем некровернисаже.

Ирка вынула из кармана трубку мобильника и угрюмо молвила в нее:

— Не через час, Вася. Минимум через два.

Кот, встав на задние лапы, оперся передними на бортик ванны с клюквой и нервно вякнул:

— Мо! Мо!

«Мойте уже!» — поняла я.

— Воленька очень волнуется, — извиняющимся тоном сказала тетя Ида, подойдя к нам сзади. В руках у нее была табуретка. Вторая уже стояла рядом с ванной. — Пока тут клюква, он не может поиграть с роборыбкой. Вы уж поторопитесь, пожалуйста.

Мы поторопились и справились с задачей с опережением графика — часа за полтора. Выловили из воды весь мусор, промыли ягоды, высыпали их на махровую простынку, занявшую половину светлицы: сушиться.

— Надо бы еще ванну помыть, — устало заметила Ирка, глядя на серые, в крапинках мелкого сора разводы на санфаянсе.

Я малодушно смолчала: не чувствовала в себе сил для нового подвига.

— Не надо, ванну помоет Воленька! — неожиданно заявила тетушка.

— Мо?! — Кот сильно удивился.

— Можешь, можешь, — заверила его хозяйка.

Она ушла в комнату и через минуту вернулась с аквариумом, в котором на боку, как дохлая, лежала красная роборыба. Поставила стеклянный колоб в ванну, наполнила водой из лейки душа, потискала роборыбу, та бодро пискнула и задорно трепыхнулась. Волька тут же взметнулся с пола и козликом заскакал вокруг аквариума, вытирая мгновенно промокшими шерстистыми боками и ванну, и кафель вблизи нее. По мере того как роборыба оживала, амплитуда кошачьих прыжков увеличивалась, что позволяло уверенно предположить: стены будут протерты на всю высоту, еще и на потолке ни пылинки не останется.

— А нет ли какой-то сухопутной версии этой игрушки? — с восторженным изумлением понаблюдав за пируэтами кота, которому не хватало только бейджика с надписью «Оператор клининга Волька», спросила Ирка. — Имеет смысл завести еще и робомышь, например. И котику новая радость, и хозяйке никакой пылесос не понадобится.

— Можно попробовать закинуть роборыбу в комнату, она такая резвая, глядишь, и по паркету запрыгает! — предложила я, захваченная новой идеей.

Мы бы непременно помогли роборыбе эволюционировать, перебравшись из воды на сушу, как когда-то сделали кистеперые жаберные, но тетушка строго сказала:

— Имейте совесть, не все в один день! Пожалейте котика, он не железный!

— Мы тоже! — Я вспомнила, что нам с подругой после праведных трудов был обещан приятный отдых. — Ир, ты не забыла? Вася ждет нас на суаре!