Книга Шпионские игры, страница 88 – Артём Март

— Товарищ старший лейтенант, — позвал он. — Разрешите?

— Ну что такое, Мартынов? — выдохнул Таран. — Не видишь, я занят?

— Это срочно, — сказал Мартынов как-то сурово.

— Ну так докладывай, раз срочно! Что стряслось?

Мартынов вошёл в канцелярию. Закрыл за собой дверь. Заговорил:

— Часовые у бани докладывают — шпиона стошнило.

— Ну ты, Семипалов, и балбе-е-е-е-с, — зло протянул Таран.

Оба часовых — Семипалов с Малюгой — стояли в пятне желтоватого света лампочки, висевшей над входом в баню. Они виновато опустили взгляды в землю и выглядели, словно провинившиеся школьники.

— Это ж надо было додуматься! — Начальник заставы приподнял фуражку, пальцами пощелкал себе по лбу. — Додуматься оставить этого шпиона одного! Да еще и с тряпкой половой в зубах! А если бы ты зашел, а он тебя этой же тряпкой и придушил⁈

— В-виноват, товарищ старший лейтенант, — буркнул Семипалов.

— Ну ладно ты! Ты балбес, каких поискать. Ну а ты, Малюга, куда смотрел? Ты ж, вроде, толковый парень всегда был!

— Виноват, — Малюга громко шмыгнул носом. — Да я как-то… не придал значения.

Таран сплюнул.

— Не придал значения, блин…

Наливкин молча наблюдал, как Нарыв выводит из бани свою служебно-розыскную Альфу.

— Ничего, товарищ старший лейтенант, — пожал плечами усталый Нарыв. — Не нашли мы ничерта.

— Значит… ничего нет, да? — задумался Наливкин и, с хрустом почесывая подбородок, оперся спиной о стену бани.

— Так может, и не было ничего? — пожал плечами Черепанов. — Может, у него и правда какой приступ? С желудком мучается. Вон, видели? В слизи, что этот пакистанец из себя выдавил, кровь была. Возможно, язва. Тут фельдшер нужен.

Я заложил большие пальцы за пояс. Перенес вес тела на правую ногу. Потом пронаблюдал, как Нарыв успокаивает лебезящую перед своим хозяином Альфу.

Собака ничего не нашла и будто чувствовала себя виноватой перед своим инструктором. Она поджала хвост, поглядывала на Нарыва блестящими темно-желтыми глазами и время от времени звонко погавкивала.

Нарыв, в свою очередь, беззлобно ее осаживал:

— Место. Место, Альфа. Кончай ягозиться, говорю.

— Нет, — как-то горько проговорил Таран и покачал головой. — Он явно что-то выблевал. Что? Вот это вопрос. А в том, что мы позволили ему это сделать — моя вина.

— Ваша? — глянул я на Тарана, вопросительно приподняв бровь.

Таран вздохнул. Поправил фуражку.

— Вылетело у меня из головы то, что ты мне рассказывал, Саша. Что говорил — шпион вел себя как-то странно еще в мечети. Значит, он что-то носил в желудке. И теперь, очень может быть, уничтожил это.

— Как? — кивнул Наливкин Тарану вопросительно.

— Я не знаю, — покачал головой начальник заставы. — Ни осмотр, ни собаки, ничего не показали. Значит, он вполне мог это уничтожить.

— Предмет маленький. Абади мог засунуть его в какую-нибудь щель, — предложил Наливкин.

— Мы осмотрели все щели. Ничего нет, — отрывисто отчеканил Черепанов.

— И в полу, товарищ прапорщик? — спросил я.

— И в полу, — выдохнул старшина. — Полы тут новые. Древесина свежая. Только прошлым летом перестилали. Там и щелей-то почти нет.

— А если этот предмет совсем уж крошечных размеров? — спросил Наливкин.

— А если там и не было вовсе никакого предмета? — развел руками Черепанов.

— Остается только посмотреть, чего Шарипов у этого выпытает, — сказал Таран и обернулся назад, к зданию заставы.