Книга Шпионские игры, страница 57 – Артём Март

— С Нафтали? — Удивился Наливкин, — ты думаешь, что эта зверюга будет тебя слушать?

— Если подобрать правильные слова.

Капитаны вновь переглянулись.

— Какие? — Спросил Наливкин.

— Подождите, товарищ капитан, не гоните коней, — остановил его я. — Сначала давайте я расскажу о деталях плана.

— Было бы неплохо послушать, — кивнул Шарипов.

При этом Шарипов достал из кармана помятую пачку «Космоса». Попытался вытрусить сигарету, но заметил что пачка пуста.

Он нахмурился, скомкал ее и выкинул в руины.

Наливкин вздохнул. Достал свои папиросы.

— Вот, — он потянулся к Шарипову, предлагая ему свою пачку.

Особист несколько мгновений будто бы колебался. Потом тихо проговорил:

— Спасибо.

Достал папиросу и сунул в губы.

— Огня? — Спросил Наливкин.

— Спасибо. У меня есть.

Я хмыкнул. Офицеры, спорящие между собой чуть не по любому поводу, казались достигшими в этот миг полного согласия между собой. Один хотел закурить, а второй понимал его желание. И решил помочь.

Это пусть и бытовое, но все же согласие между ними, казалось на фоне их отношений в прошлом каким-то новым шагом. Будто бы папироса хоть в чем-то объединила двух капитанов.

— Итак, наверное, все поняли, что, как я уже сказал, клятва этого Шера — предлог и бред, — сказал я, тактично повременив, пока Шарипов подкурит.

Наливкин, поджав губы, покивал.

Шарипов же вздохнул. Он было открыл рот, но не решился ничего сказать. Только опустил взгляд. Стал тормошить носком сапога какой-то камешек.

— Это просто уловка, чтобы выманить нас из мечети, — продолжал тем временем я.

— Для душманов такая клятва — кое-что, да стоит, — возразил вдруг особист, — почему Шер так рискует своей честью и именем? Все же…

— Вы видели книгу, на которой он давал клятву? — Спросил я. — Обратили на нее внимание?

Шарипов свел пушистые черные брови к переносице. Торопливо покачал головой. Наливкин же с интересом уставился на меня, ожидая, что же я скажу дальше.

— Это было советское издание Корана. Русскоязычное, — сказал я. — Как вы думаете, имеет ли хоть какую-то силу клятва, данная на таком священном писании? Мне кажется нет.

Шарипов явно удивился. Потом его взгляд приобрел задумчивый вид.

— Хитрая змеюка, — насупился Наливкин, — я знал, что этот Шер брехун. Но что он еще и скользкий как червяк… Это, конечно, уровень. Ничего не скажешь…

— Ты уверен в этом? — Спросил особист. — Уверен, что книга была на русском?

— Да. Я видел кириллицу на обложке.

— Сукин сын подстраховался, — Наливкин выпрямился, размял плечи и снова согнулся, оперишься о колени.

Шарипов опять мрачно замолчал.

Мне показалось, что после того, как вертолет за нами не прилетел, особист становился все мрачнее. До недавнего времени, он старался не падать духом. Возможно на показ, а возможно, сам себя пытался убедить в том, что и дальше готов драться.

Да только по случайному взгляду, по выражению его задумчивого лица, когда Шарипов оставался наедине с собой и считал, что на него никто не смотрит, я понимал — он чувствует, что наша операция закончится неудачей.

Об этом говорило и то обстоятельство, что Шарипов по-настоящему обрадовался, увидев, как Шер, подъехавший к нам, воздел над головой Коран. Похоже, в тот момент, надежда проснулась в душе капитана.

Он стал хвататься за соломинку этой надежды. Решил, что возможно, Аисты все же отступятся. Что у нас есть шанс уйти от боестолкновения и вернуться на родную землю.