Книга Охота на «Черный аист», страница 65 – Артём Март

А, к слову, местная пограничная атмосфера сильно способствовала сонливости: мерно шумит река, и больше не единого звука. Темнота кромешная, когда машина не включает свой свет. Спи — не хочу.

Часам к трем ночи нам в очередной раз пришлось меняться.

Я дежурил неподалеку от Мартынова, в зарослях можжевельника. Когда тихо дал ему сигнал, что иду меняться с Малюгой, Мартынов принялся дожидаться его, чтобы уступить Гене свое место.

Я аккуратно и тихо обошел танк сзади. Когда под танком увидел движение и заметил, как оттуда выбрался, видимо, отдыхавший там мехвод Малышев, то молча поднял руку, давая ему понять, кто идет.

Малышев ничего не сказал. Только отложил свой укороченный Калашников. Кивнул мне.

Перебравшись на другую сторону, к зарослям шиповника, что сплелся с дикорастущей розой, я замер. Нахмурился.

За ними должен был сидеть Малюга. Но пограничника там не было. А ведь Гене предписывалось ждать, пока я не приду его сменить.

Тем не менее я занял свое место. Глянул вперед, туда, где нес свои воды Пяндж.

Мост черной плоской дорогой бежал по нему, и казалось, что он держится прямо на воде, словно огромная каменная баржа.

— Саша! Это ты⁈ — Стараясь разговаривать как можно тише, но так, чтобы я мог его расслышать, тут же позвал меня Канджиев.

Алим засел немного дальше, примерно в трех метрах, за большими камнями, что выросли тут и протянулись от самой пограничной тропы к низу, едва ли не к берегу.

— Где Малюга? — Спросил я.

— Отошел.

— Куда?

— Ну… По маленькому отошел. К берегу спустился, вон туда.

— И ты его отпустил?

Канджиев замешкался, размышляя, чтобы ему ответить.

— Ну… Витя никаких приказаний по этому поводу не давал. Ну я подумал, что посмотрю пока и за Гену. Он скоро вернется. Давно уже ушел.

— Как давно?

— Минуты три.

Я глянул на часы. Засек по все еще светящимся, но почти разрядившимся меткам стрелок моих командирских две минуты. Если не вернется — нужно проверить, все ли с ним нормально.

— Ну? Я пойду? Там Витя, видать, заждался, — спросил Канджиев.

— Посиди пока что.

Кандижев больше ничего не спросил. Просто затих, оставаясь в секрете.

Когда я снова глянул на стрелки, понял, что пришло время топать за Малюгой. Лучше не рисковать. Нынче обстановка сложная.

— Алим.

— А!

— Я пойду гляну, где Гена. Если не вернусь через пять минут, сигналь остальным, чтобы искали.

Канджиев ответил не сразу. Потом все же отозвался:

— Есть. Думаешь, он…

— Не знаю. Проверю. Присматривай за мной.

— Есть.

Я взял автомат «на грудь», снял его с предохранителя и медленно, стараясь не издавать ни звука, принялся спускаться вниз, к берегу. Потом едва не гуськом пошел к тому месту, куда, по словам Канджиева, ушел Малюга.

А направился он, ни много ни мало, а к рогозу, в котором Симонов собирался нас пристрелить.

Через пару минут я уже был у зарослей. В общей сложности Малюги не было уже около семи минут. Долговато для похода «по-маленькому». Тем не менее поднимать тревогу было, все же, рановато.

Если по ту сторону и затаились враги, сложно было представить, чтобы они напали на усиленную танками позицию. Для этого численный перевес должен быть серьезный. А перебраться через Границу в большом количестве, в этих местах можно, разве что по мосту.

Пяндж здесь хоть и спокойный, но достаточно глубокий и широкий. Чтобы преодолеть его на плоту незамеченными, нужно отчаливать на участке уже другой, тринадцатой заставы.