Книга Ученик Белого Дьявола 8, страница 35 – Джон Голд

Задержав дыхание, я достал с перевязи ещё один нож и вбил в плоть твари, создав упоры для ног. Затем вытащил ещё пару клинков и стал прорезать путь наружу. Кровь сверху лилась уже настоящей рекой. Пришлось закрыть глаза. Ни черта не видно, обоняние тоже отключилось.

Сальфей нырнул в воду, и нас начало мотать туда-сюда. Хáху дёрнуло… Ножи под моими ногами ушли вниз на метр, рассекая плоть. Вся работа по пробиванию пути наружу пошла насмарку.

Затем сальфей попытался нас выплюнуть… Кислота обожгла всю кожу, а я продолжал кромсать плоть.

Что-то писал Адъютант, но я не мог останавливаться. Всё решали считаные минуты. Взмах на сто восемьдесят градусов! Рука уже плохо держит нож. Рукоять скользит из-за крови. Нас снова окатило кислотой, идущей от желудка.

Взмах!

Рука уже больше чем по локоть уходила в плоть сальфея. Хáха очнулся — крика не слышно.

[Не думай! Действуй. Используй все доступные средства.]

По старинке вливаю в нож духовные частицы. Уже и не помню, когда в последний раз применял этот приём. За счёт сжатия ауры лезвие сразу стало в два раза острее. Плоть сальфея начала легче поддаваться резке.

Бабах!

Знакомый суперразряд пронзил всё тело. «Доспех духа» лопнул. Остатки воздуха выбило из лёгких. Мышцы во всём теле свело. Я на секунду отключился, однако меня тут же привёл в себя Адъютант:

— Реанимация! — раздался звонкий голос в голове. — Провожу запуск сердца. Ритм восстановлен. Частично повреждена периферийная нервная система. Чувствительность снижена на двадцать семь процентов… Запускаю процесс регенерации. Повелитель! Запас энергии в Ядре — тридцать семь процентов. Ваш нейроком разрушен. Связь с Шёпотом и лагерем потеряна.

Нет сил и времени отвечать. Отключаю все чувства и вгоняю клинок ещё сильнее. За счёт духовной энергии и ауры, вложенной в нож, лезвие удлиняется почти втрое. Орудую, как сумасшедший мясник, борющийся за свой последний вдох. «Доспех духа» не поставить! Слишком близка плоть змеюки, и мешает Хáха, болтающийся внизу.

Шмяк!

Энергии в Ядре осталось пятнадцать процентов. В глазах всё плывёт из-за недостатка кислорода.

[Да сдохни ты уже!]

На очередном взмахе я вложил слишком много энергии в усиление лезвия аурой… Нож в руке буквально взорвался, но вместе с тем мне удалось вскрыть тушу сальфея.

[Надо было сразу так сделать.]

Разрез чудовищных размеров перерубил позвоночник и половину тела чудовища. Сквозь зияющую рану пошли воздух и свет солнца. Видимо, змей зачем-то вытащил часть своей туши поверх воды.

Быстрее, чем мозг успел задуматься «что дальше делать», я схватил Хáху за ногу. Затем рванул в дыру, пробитую в плоти.

Вдох!

Летим к воде. Руки не чувствуют вообще ничего. Ни веса, ни ран, ни последствий прикосновения к едкой кислоте. В голове сквозь шум накатывающей боли слышался голос Гуама:

— Гринч, ты только зама моего верни!

[Не сейчас!] — повторяю себе, чтобы не отключиться.

Приземляюсь на воду, как на плёнку. Тело уходит вниз почти по шею в жидкость и тут же выталкивается обратно. Меня спасает Импульсная Походка — её способность отталкиваться от рыхлой поверхности.

[Не сейчас,]— шепчу самому себе, хотя голова гудит от дичайшего напряжения. Хáха ушёл в воду вместе с головой, но он в отключке. Рядом плюхается практически перерубленный пополам сальфей.