Книга Ученик Белого Дьявола 4, страница 21 – Джон Голд

Дзыньк, дзыньк, дзыньк!

По орку вдруг хлестнул целый веер стрел, выпущенных другими защитниками Ностромо. Одна из них ударила мне в бедро.

— Да куда ж вы стреляете! — рыкнул я.

Орк-спринтер опять занёс меч, собираясь совершить круговую атаку. Растянувшись в длинном прыжке, я в последний миг успел коснуться ноги противника.

Вссс!

Татуировка Уробороса на руке зашипела.

Бабах!

Орк-спринтер шибанул круговой атакой. Весь правый фланг защитников Ностромо выкосило. Клыкастый резко выбросил щупальца назад, спиной отступая к Обенелю и коллеге с тяжёлым мечом.

Вот только…

На полпути орк-спринтер вдруг споткнулся пяткой о выступающий из брусчатки камень. В любой другой ситуации он бы эту мелочь даже не заметил — но сейчас, перемещаясь в спешке, клыкастый кувыркнулся по земле и со всей дури врезался головой в остатки размётанной баррикады. В тот же миг его «доспех духа» моргнул в последний раз.

Морщась от боли в раненом плече, я направил лук на орка-спринтера и выстрелил в ногу.

Хрясь!

Стрела вонзилась в колено клыкача, войдя всего на палец. Тот дёрнул щекой и зарычал воинственно. Рывком поднялся на ноги и снова поставил «доспех духа».

— Да что ж ты за неубиваемый такой! — заорал я в голос.

Орк-спринтер вдруг покачнулся и рухнул лицом вперёд. В спине у него торчал обломок сабли, брошенный Обенелем.

— РА-А-А! — старик вдруг выпустил мощную ауру раза в три плотнее, чем обычно.

Применив какую-то технику, Обенель одним ударом пробил защиту орка-тяжеловеса. Вторая атака перерубила противника пополам вместе с тремя зданиями за его спиной. Остатки баррикады смело ко всем чертям.

Расправившись с противником, Обенель вдруг мелко задрожал и стал оседать на землю. Старику не хватало сил, и его «доспех духа» схлопнулся сам собой.

Морщась от боли в раненой ноге, я бросился к заместителю Лорда и подставил плечо. Потом потащил старика к третьей линии обороны.

— Сэр, слушайте мой голос! Вам нельзя отключаться.

— С-сам знаю. Если я отключусь, мы тут все поляжем. — Постоянно кашляя, Обенель с трудом перебирал ногами. — Кхе… Крепкий мне гад попался. Четыре артефактных сабли сломал своей ковырялкой. А ты хорош, новичок! Как тебя там?

— Скабре… Маркус Скабре.

Сажаю старика на опустевший сундук со стрелами.

— Почему вы вдруг резко ослабли⁈ — прохожусь сканирующим взглядом по телу старика. — Хм? Вижу. У вас духовных частиц почти не осталось.

Обенель зашёлся в кровавом кашле.

— Кхе! — заместитель Лорда прикрыл рот рукавом одежды, чтобы защитники Ностромо не увидели, как ему плохо. — Забудь о том, что видел. «Пилюли Долголетия» мне уже почти не помогают. Максимум пара лет, и я отправлюсь на встречу с предками… Против того гада с тяжёлым мечом пришлось пустить в ход запретную технику. Я поставил всё на одну атаку… А ударить пришлось дважды. Эти подонки будто специально знали, кого и где искать. Ещё этот бегунок выскочил из ниоткуда. Если бы не ты, Скабре, меня бы уже…

— Много слов. — я бестактно прервал старика. — Берегите силы. Пилюли есть? Кристаллы? Вы же сейчас еле на ногах стоите. Ваше тело ветшает прямо на глазах.

Старик покачал головой.

— Кхе… Новик! Я шёл на дуэль моего Лорда, а не против рейдовой группы орков. Кто же знал, что Секта Скреббы пойдёт на столь подлый шаг.

Выражение лица Обенеля говорило о том, что он готов сделать свой сегодняшний день последним. Ему всё равно, где и как умереть. Главное, что он до последнего оставался верен Валентайну.