Книга Четыре всадника магопокалипсиса. Дилогия, страница 7 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Прям, как нам с тобой, — с недоверием глядя на кусты, произнёс молодой.

— Прям, как нам с тобой, — согласился Саныч, гоня от себя мысль, что где-то совсем рядом стали слышаться новые голоса.

— Лена!

— Леночка!

— Елена Анатольевна, хватит уже прятаться, выходите. Скоро начало праздника, и вы должны находиться на почётных местах рядом с императором.

А с другой стороны слышался треск валежника, тяжёлое звериное дыхание, радостный смех и такие же едва различимые слова:

— Врешь, не возьмёшь! Акелла, поднажми — бандерлоги окружают!

— Серёж, ты уверен, что нам вообще нужно туда идти? Посмотри, сколько людей собралось, — с сомнением спросила мама, глядя на огромную толпу, собравшуюся на Университетской площади, расположенной перед главным зданием ММУ.

— Максим хочет посмотреть на ежегодное явление Благословенного Андрея, — уверенно произнёс папа.

— А нельзя это сделать отсюда? Там вроде фигура размером со здание университета должна быть. Вон его отлично видно.

— Нет, мам. Издалека совсем другое дело. Да и тут ничего же слышно не будет. И вообще, не так и много там народу, как ты говоришь. Можно спокойно пройти. Ты главное, держись за мной, и всё будет хорошо.

А ещё именно с площади сильнее всего тянуло выпечкой. И не просто тянуло, а манило меня с неистовой силой.

Терпеть это издевательство было просто невозможно.

Именно там, вблизи от центрального здания Московского Магического Университета, меня ждало нечто очень и очень хорошее. Настолько, что с того момента, как проснулся, больше ни о чём другом думать не могу.

Там уже была сооружена сцена и трибуны, явно для особых гостей. Просто вокруг них стояли люди в форме императорских гвардейцев и никого не подпускали. Значит, ожидается присутствие кого-то очень важного. Возможно, даже из императорской семьи.

Всё же, семьдесят пять лет дата очень внушительная.

По мере того, как мы приближались к площади, плотность толпы нарастала в геометрической прогрессии.

Мама шла за папой, вцепившись в его руку, а я держался за её руку и глазел по сторонам, отмечая какие-то странные световые всполохи, что периодически возникали то тут, то там.

Словно сразу сотни людей решили пустить солнечных зайчиков и теперь занимались тем, что расстреливали ими толпу.

Правда, никто от этих зайчиков не щурился и даже не закрывался.

Странно.

Но мысли об этом вылетели из головы так же быстро, как туда попали.

Наш семейный паровозик заехал в тупик.

— Всё, дальше пройти не получится, — констатировал папа.

Мириться с подобным я не собираюсь.

Мне обязательно нужно попасть максимально близко к трибунам. Но как это сделать, ума не приложу. Пока.

Остановились мы возле кромки кустарников, которые служили буферной зоной между площадью и раскинувшимся вокруг неё парком. В парке так же было полно людей, но меня они совершенно не интересовали.

Самым важным было то, что буквально в паре метров от кустарника проходила дорожка для техперсонала, куда не заходили люди.

Ещё одно странное явление, которое просто подарок для меня.

Прямо сейчас по дорожке катилась довольно вместительная тележка с каким-то оборудованием, накрытым плотной тканью.

— Хочу в туалет, — выдал я, сделав как можно более жалостливый вид, и принялся пританцовывать, держась за причинное место.