Книга Четыре всадника магопокалипсиса. Дилогия, страница 247 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Уверен, что Сибиряки возьмут первое место. Будем их заклинанием пустыни озеленять и восстанавливать экосистему после серьёзных магических битв. Слишком уж друиды за это цену ломят.

— Это да. — После этих слов раздался звуковой сигнал, дающий отмашку командам, не вышедшим в финал. — Смотри, как чётко начали. Решили вчетвером активировать заклинание. Рискованно. А как хитро придумано: напитка через артефакты и создание общей схемы. А это что? Второй слой? И такой большой?

— Борис Алексеевич, похоже, что в очередной раз всё пошло не по плану, — тяжело вздохнув, произнёс Романов.

— Погоди ты, — отмахнулся от него император. — Я хочу посмотреть, что же такого они придумали за спиной Петросяна. Вон он и сам стоит, не дышит. Распорядись, чтобы отправили к нему целителя. Он ещё не закончил подарок для императрицы. Ишь как сверкнуло. Это что, резонанс?

— Чего все так переполошились? Ведь отлично получилось. Даже лучше, чем мы планировали, — сказала Ленка, глядя, как мимо нас носятся люди тайной канцелярии, судьи и другие маги, что присутствовали на имперском стадионе.

— Просто всем нужно немного больше времени, чтобы они поняли весь масштаб и пользу, которую принесёт наша разработка, — ответила ей Мира, перебрасывая с одной ладони на другую небольшой бирюзовый шарик, сделанный из силы Даны.

Это не только успокаивало Скворцову, но и держало от нас на приличном расстоянии людей Романова и других структур, находившихся на стадионе.

— А мне кажется, они просто испугались неизвестности. Раньше подобного никогда не происходило, и все заклинания участников не выходили за рамки возможностей школьников.

Гришка откусил половину овсяного печенья и закатил глаза от наслаждения. После подобных энергетических трат ему нужна была вот такая подзарядка.

Впрочем, нам она тоже не помешала бы, но Гришка был слишком жадным на еду. Даже рыжая не пыталась у него отобрать печенье. «Мы немного подождём, не помрём».

— Как ваши наставники отреагировали на получившийся эффект? — спросил я, слушая непрекращаемый словесный поток, который Каспер исторгает уже минут десять.

Ровно с того момента, как наше заклинание вышло на полную мощность и накрыло весь стадион.

Резонанс всё же произошёл.

— Мой бухтит не переставая. Но я внимания не обращаю, чего он там такого умного скажет? Достаточно видеть его физиономию, — сказала Ленка, покосившись направо.

Мира с Гришкой сказали нечто подобное.

В общем, расстроили мы своих наставников. И совершенно непонятно чем?

Заклинание вышло гораздо лучше запланированного. Эффект потрясающий и уже виден сейчас. Вон многие из светящихся оперативников стали останавливаться и с удивлением прислушиваться к себе, как и зрители на трибунах.

Мы решили, что воздействовать только на магов будет слишком просто. Да и разделение по критерию невозможности применять магию попахивает расизмом. Или как это назвать по-другому, я понятия не имею.

А ещё практически все заклинания подобного толка рассчитаны исключительно на магов.

Вернее сказать, нет ни одного подобного заклинания, работающего на обычных людей.

— Смотрите, вроде на центральной трибуне кто-то осознал, что же мы такое сотворили. Зуб даю, что даже лучшие аналитики Романова ещё этого не поняли. Хотя у них имелись все изначальные вводные, что мы разработали с Левшой. Это же была его идея — создать контур Авиценны.