Книга Хранитель рода государева 5, страница 75 – Алексей Валерьевич Шмаков

Яков Моисеевич с осторожностью отставил варенье в сторону и сел на пол, коснувшись его ладонями. Я уловил импульс силы, которая стремительно начала бежать по периметру помещения.

Как только контур замкнулся, Шмейхельман с трудом поднялся и завалился обратно на стул.

— На всякий случай предупредите свою охрану, что всё у нас в порядке. Нарушат контур и сегодня я уже не смогу создать подобную защиту. В таком случае наш разговор придётся отложить на неопределённый срок.

— Всё в порядке, я никого не пущу к вам. — раздался из-за двери голос Даши.

— Вам повезло со спутницей. — подметил портной и начал ждать.

Держать броню я не видел никакого смысла. Отчего-то я был уверен, что уже и без её помощи смогу распознать, если Шмейхельман решит мне соврать. К тому же кровавая клятва не позволит ему этого сделать.

Разговор с Яковом Моисеевичем выдался очень долгим, но я совершенно не заметил этого. Мне было дико интересно услышать его историю.

Историю одного из сотрудников тайной канцелярии Римско-католической церкви. Человека, входящего в орден Псов господних. Самого закрытого и таинственного ордена Ватикана. Ордена, одно упоминание о котором, вызывало у знающих людей чувство страха.

Такого поворота я точно не ожидал. Еврей, работающий на Ватикан.

Задачей Якова Моисеевича было нахождение среди духовенства инакомыслящих, для этого он мог использовать практически любые методы. Но в основном вполне хватало его собственной силы. Люди, понимая, что их дар заблокирован, сами начинали все говорить.

И понятно, что работая на подобном посту, рано или поздно найдутся люди, которые решат поквитаться со слишком зарвавшимся, с их точки зрения, евреем.

Тем более в Ватикане, где Папы сменяются с завидной регулярностью, а ни одна из коалиций не может долго удерживать престол, начиная внутреннюю грызню.

Вот во время одной из таких заварушек к власти пришёл человек, имеющий много вопросов к ордену Псов Господних. И в частности, к Якову Моисеевичу.

Хоть последний и пытался всячески скрывать свою семью, вывезя их в другую страну, изменив имена и вообще предприняв все возможные меры безопасности. Но ему не удалось уберечь их.

Новости о смерти семьи застали его уже здесь в России. В то время он скрывался в небольшой деревушке под Одессой. Всячески стараясь увести ищеек Ватикана по своему следу.

— В то время я был молодым глупцом, который думал, что делает богоугодное дело. Настоящим фанатиком, который не видел реальной картины. Но после гибели семьи я прозрел. Прозрел и понял, что практически всё духовенство не имеет к господу никакого отношения. Они просто проталкивают свои интересы, наживаясь на многочисленной пастве.

Смерть семьи стала для меня страшным ударом. От которого я не смог оправиться и по сей день. Но тогда я не мог себе позволить горевать. Я должен был отомстить.

Прекрасно зная всех виновных. Я отправился в Ватикан. Обмануть ищеек, отправленных на мои поиски, не составило никакого труда. Да и среди всех служб Ватикана у меня осталось много старых друзей, которые были обязаны мне.

Уже оказавшись на месте, я смог сколотить вокруг себя небольшой отряд и выждав нужный момент, нанёс удар. Ты когда-нибудь слышал о годе безумия? — спросил Шмейхельман.

Естественно, я слышал. Об этом было написано во всех учебниках по истории. Время, когда католическая церковь осталась полностью без духовенства. На очередном конклаве состоялось невиданное до этого нападение.