Книга Хранитель рода государева 3, страница 115 – Алексей Валерьевич Шмаков

Даже не используя дар, Сергей Васильевич был намного сильнее меня и поэтому его объятья дались мне довольно тяжело. Конечно, это не Настя с её неконтролируемой силой, но всё же…

— Конечно, я не собираюсь говорить тебе, как поступать в ситуации с Кровавым Вороном. Это дело рода Воронцовых, а Шуйские никогда не лезли в дела других. Даже наших потенциальных родственников. Да я осуждаю твоё решение, но это осуждение лишь моё дело и оно никаким образом не повлияет на вашу с Настей помолвку. Тем более что Юля теперь Романова. Хотя я всегда готов принять её обратно, что бы ни случилось и она прекрасно об этом знает.

— Сейчас снова начнётся. А мне тут ещё предстоит работать и работать. А как тут работать, когда вокруг постоянно разговаривают, заставляя меня невольно отвлекаться. — произнесла себе под нос Маша, специально с тем расчётом, чтобы это услышал дед.

Шуйский широко улыбнулся, глядя на внучку, которая так и ни разу не посмотрела на меня. По крайней мере, в тот момент, когда на неё смотрел я. Ну не могу я составить о человеке мнение, пусть даже о маленькой девочке, если не вижу его глаза. Можно сказать, что глаза для меня являются основным критерием. Складывалось такое впечатление, словно Маша каким-то непостижимым образом смогла это узнать и поэтому не смотрела на меня.

Что же она такого пытается спрятать в своём взгляде?

— Давай дадим внучке поработать в тишине. Это она кончено, прибедняется, что все её отвлекают, но все же мы прибыли сюда, чтобы забрать Настю и Юлю домой. А сами до сих пор даже не взглянули на них.

За дверью нас встречали встревоженные лица Шуйских и всех моих консультантов. Воевода вообще готов был бросаться в бой, судя по тому, что Полиграф с силой сжимал его плечо и похоже, что использовал свой дар. Действие которого я не мог понять до сих пор.

Если Суворов решил прийти мне на помощь, то простые слова его бы точно не остановили.

— Полина, иди к дочке. Только не мешай ей, пожалуйста. — заговорил Сергей Михайлович. — А мы пока сходим и навестим Настю. Сережа нас и проводит.

— В таком случае и мы составим вам компанию, раз Марии необходимо побыть в тишине. — тут же отреагировал Полиграф.

Смирнов кивнул, соглашаясь и достав телефон, начал отдавать какие-то распоряжения.

— Всё в порядке? — спросил у меня Воевода, полностью проигнорировав всех присутствующих. — Повеяло такой жутью, что штаб начали обходить за сотню метров. А я сразу помчался сюда. Но эти… — Суворов, видимо, попытался подобрать подходящее слово, чтобы обозвать Полиграфа и Смирнова, но ничего приличного так и не пришло ему в голову и он просто махнул рукой. — В общем, они не дали мне войти. Заявив, что я сорву важные переговоры.

Я заверил Воеводу, что всё в порядке и пообещал, что позже всё ему расскажу. Только после этого мы двинулись к бункеру, в котором сейчас держали Настю.

Глухих ударов, разносящихся по всей базе, я не слышал уже достаточно давно, поэтому можно было с уверенностью говорить, что первоначальная ярость Насти спала.

Это подтвердил и Авиценна, дежуривший рядом с бункером. Также он сказал, что императрица сейчас находится с дочкой.

Сергей Васильевич тут же попросил и его запустить в бункер, на что получил разрешение от Смирнова, который сейчас официально занимал пост руководителя этой части.