Книга Хранитель рода государева, страница 36 – Алексей Валерьевич Шмаков

«Что будет, если одновременно умрут три человека, или больше, которым я дал „Второй шанс?“»

«Одновременно невозможно умереть. В случае описанном тобой тебе будет предложено вернуться назад, от времени смерти первого умершего».

«Как невозможно? А если, допустим, все подорвались на одной бомбе. Или упал самолёт. Попали под удар огненного архигранда. Да кучу разных примеров можно привести!»

«Одновременно умереть невозможно. Всегда есть какой-то временной промежуток. Мельчайшая крупица времени, которая разделяет смерти между собой. Даже двух смертей не может быть в одно и то же время, не говоря уже о трёх».

«То есть одновременно могут умереть хоть сто, хоть тысяча человек, с которыми я поделился вторым шансом? И отсчёт моего возвращения будет идти от самой первой смерти?»

«Правильно».

«В таком случае могу я выбирать, от смерти какого человека возвращаться обратно?»

Допустим, если в одну секунду умрёт сразу несколько человек, которым я дал возможность «Второго шанса», а среди этих людей будут как совсем слабые одарённые, так и гранды. То понятно, что гранд предоставит мне возможность вернуться обратно на гораздо более длинный временной промежуток. А не одарённый вообще даст мне только мои пять минут.

«Этого мы тоже не знаем. Нужно проверять опытным путём».

Вот и опять не знаем. Но даже без этого новый функционал очень заманчив.

«Ну так как? Ты не против протестировать функционал передачи способности?)»

«Я могу подумать?»

«Конечно, можешь! У тебя ровно семь минут, до того момента, пока ты можешь думать в тишине и спокойствии».

«А что будет через семь минут?»

«Сам увидишь. Единственное, что могу тебе сказать. Что через семь минут мы обратимся к другому тестировщику „Второго шанса“, если не получим от тебя ответа».

Второй раз Даяна уже говорит, что я был выбран не один, для тестирования умения «Второго шанса». Но давать информацию, сверх этого, она отказывается. Найти хотя бы одного из своих коллег, так сказать. Может, кому-то рассказывают гораздо больше, чем мне?

В раздумьях я провёл уже шесть с половиной минут, внимательно следя за временем.

— Ты ешь торт! И без меня! — раздался обиженный возглас Оли, когда до конца отведённого Даяной времени оставалось десять секунд.

Теперь мне сразу стали понятны слова Даяны о раздумьях в тишине и спокойствии.

«Я согласен!».

Напечатал я на последних секундах и отправил сообщение, быстро убирая телефон в карман.

— Чего там прячешь? Опять на голых тёток смотрел? А ну, показывай! — налетела на меня сестра.

Как-то она слишком быстро забыла о смерти Люси. Хотя напоминать ей об этом я совершенно точно не собираюсь. Такая Оля мне нравилась намного больше.

— Кажется, ты хотела торта? — спросил я, на корню пресекая все попытки, шантажом или силовыми методами отжать у меня телефон.

Родители считали, что Оля была ещё слишком маленькая, чтобы иметь собственный телефон. Поэтому она периодически пользовалась моим, или маминым. Отец не разрешал трогать свой ни под каким предлогом.

В основном она играла в какие-то детские игры, где нужно было бегать и собирать монетки, конфетки, кристаллики и прочую ерундистику. Или смотрела детских блогеров, которых сейчас развелось просто нереальное количество.

Всё это она, конечно, могла сделать и на ноутбуке, к которому у неё был неограниченный доступ. Но как говорила сама Оля, одно дело ноутбук, где нужно мышкой водить и совсем другой телефон, где всё делается одним пальцем.