Книга Угасший род. Живой артефакт 2, страница 50 – Алексей Валерьевич Шмаков

В какой-то момент поглощение силы кристалла резко остановилось, а затем Архонт и вовсе стал вытягивать её обратно. Вот здесь и началась настоящая борьба. Гиллард нанёс свой последний, наполненный отчаянием и неимоверной злостью, удар. Пробрался в мой разум и попытался уничтожить его.

Как дальше продолжалась борьба, я толком не понял, но очнулся, когда уже всё было закончено. Надо мной стояли пять человек, вливая свою силу в какой-то целебный артефакт.

Первым делом я проверил, что этот за артефакт и каким образом он может мне навредить. Не заметил ничего опасного и только после этого позволил себе открыть глаза. И понял, что пока рано говорить о безопасности.

Прямо надо мной, находился едва различимый энергетический барьер, а сразу за ним десяток готовых заклинаний, каждое из которых могло прикончить даже Архимага.

— Что это означает? — спросил я, безошибочно определив императора, хотя я и видел сквозь барьер одни лишь силуэты.

— Кто подсказал вам, возможность создания артефакта из собственного тела? — вопросом на вопрос ответил Александр Алексеевич.

Да никто мне не подсказывал! Я дошёл до этого своим умом. Методом множества проб и ошибок. А потом оставил эти знания своим потомкам, когда решил, что пришло время заявиться в высшие сферы. Но я прекрасно понял вопрос императора и то, какой ответ он ждёт.

— Афанасий Александрович Вяземский, мой дед, которого все считали сумасшедшим. Включая и моего отца. Что за глупые вопросы, Александр Алексеевич?

— Погоди, парень. Рано говорить, что это глупые вопросы. — послышался голос Остроухова, после чего одна из нацеленных в меня техник пришла в движение, просачиваясь через защиту, которая выступала в роли сдерживающего саркофага. Правда, разрушить его было довольно просто. Я уже нашёл нитку, за которую необходимо потянуть, чтобы заклинание распалось.

Тьма стекла, сквозь защиту и замерла в нескольких сантиметрах перед моим лицом, приобретая очертания чего-то крайне острого и смертоносного.

— Мы все ощутили, что произошла битва разумов и пока не появится Корчагин, то даже не думай рыпаться. Не хватало нам ещё, чтобы по империи разгуливало то, что сидело в сердце угодий. Мы не уверены, что сейчас этим телом управляет разум князя Вяземского.

— И конечно же, я не смогу вам этого доказать. — хмыкнул я. — Что же, подождём Юрия Андреевича. Мне спешить особо некуда, необходимо переваривать силу, что получил из сердца. С этим угодьями мы разобрались, да и остальные знатно так растормошили. Зверьё теперь прёт в другую сторону. Так что я не тороплюсь.

— Алексей Михайлович, я не сомневаюсь, что вы смогли выиграть битву за свой разум, но безопасность империи для меня стоит на первом месте. К тому же необходимо ещё немного времени, чтобы Инга Иосифовна разобралась со зверьём, которое может доставить серьёзные хлопоты в будущем.

— Ваше Величество, в будущем на этом месте точно не будет никаких проблем. Вскоре эти угодья, как и Смоленские, просто исчезнут. Не осталось ничего, что будет выпускать в мир стихийную энергию. Я поглотил второе сердце.

— И это пугает многих из нас. — этот голос принадлежал князю Лопухину. — Все, кто согласился откликнуться на зов императора, в своё время смогли поглотить сердце угодий, что позволило нам стать одними из сильнейших магов империи. Но раньше нас было почти в два раза больше. И всё из-за того, что кто-то решил рискнуть и поглотить ещё одно сердце. Каждый, кто решил так поступить — умер. Просто не выдержали полученной мощи. Их источники взорвались. И как это получилось у мальчишки, с повреждённым источником?