Книга Угасший род. Живой артефакт, страница 70 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Александр Михайлович, не стоит. — послышался голос Панкратова. К этому моменту я уже вышел из боя, поэтому смог справиться с собой и не дёрнуться.

Быстро посмотрел по сторонам. Оба моих дружинника одержали верх над своими соперниками. Один из которых стонал, схватившись за согнутую под неестественным углом, а второй лежал возле вездеходов, не подавая признаков жизни. Звуков стрельбы также уже не было слышно. Лишь зычный голос Шума, который орал на кого-то, используя при этом настолько крепкие выражения, что даже представить страшно, где он этому научился.

— Князь, отпустите бойца барона Дерюгина. Ситуация уже под контролем. Гарантирую, что мы разберёмся в ней и накажем всех виновных. Перестрелка на границе — серьёзное преступление, которое находится в юрисдикции Корпуса.

Убрал нож от горла перепуганного бойца, вытер кровь о его же одежду и убрал в ножны.

— Бунин, доклад! — крикнул я, пытаясь понять, как закончилась перестрелка для наших парней. Если погиб хоть один, то Дерюгиным уже ничего не поможет.

Несмотря на то что Шум, продолжал орать, он меня услышал и через несколько секунд ответил.

— С нашей стороны потерь нет, князь. Двое легкораненых, нарвались на атаку мага. Контузило их.

— А у людей Дерюгина? — спросил Панкратов, предлагая мне пройтись до машин дружинников Дерюгина.

— Не могу так сразу ответить. Троих я приложил крепко. Магу тоже досталось, но жить точно будет. Сколько подранков не знаю, но точно больше нашего. Не ожидал, что дружина Владимира Олеговича за десять лет так скатится.

Мы с Панкратовым зашли за вездеход, возле которого стоял Бунин. Напротив него расположились шесть дружинников барона Дерюгина. Ни одного воина среди них не было. Что очень странно. Нанимать обычных людей для работы на границе охотничьих угодий, такое себе. Пусть и в сопровождении мага, но всё равно, если возникнет реальная угроза прорыва, могут не справиться.

— Многое произошло, пока вас не было. — многозначительно произнёс Фёдор Артурович, а затем обратился к бойцам барона Дерюгина. — Кто у вас за старшего?

Бойцы переглянулись и вперёд вышел самый старший из них. Он держал руки перед собой, прекрасно понимая, что справиться с Воеводой у них не выйдет. К тому же к нам стали подтягиваться все бойцы, участвовавшие в перестрелке.

— Вот он, старший. — боец кивнул на лежавшее недалеко от Бунина тело. — Рылеев Дмитрий, позывной Рыло, воздушник второго ранга. Мы здесь патрулировали территорию, когда заметили подозрительный вездеход. Решили, что нелегалы заявились. Ночью у барона что-то пропало, так он всем командирам утром таких пистонов наставлял, что они потом, злые как черти были. А когда Рыло увидел чужой вездеход, решил отыграться и сразу отдал приказ открывать огонь.

— То есть, ты подтверждаешь, что напали на дружинников соседа именно вы? — спросил я.

Боец смерил меня взглядом, а потом покосился на Панкратова. Его он точно знал, а вот нас видел впервые.

— Это, князь Вяземский Алексей Михайлович. Вчера вернулся в родовое поместье. — представил меня Фёдор Артурович.

— Ух, ё… — только и смог произнести боец, понимая, насколько крепко они накосячили.

Теперь Владимир Олегович начнёт им вставлять настоящие пистоны и ещё смотреть, как они разрываются у них внутри.