Книга Даийар: Испытание Смертью. Книга первая, страница 52 – Алексей Валерьевич Шмаков

Вот волна голосов окончательно накрыла меня. Я физически стал ощущать, как они крутились вокруг меня. Что-то касалось меня, оставляя отвратительные ощущения, словно схватил руками сгнивший огурец и раздавил его. Вроде ничего страшного, но все же противно.

Несмотря на это, я не оставлял попыток заговорить снова и снова, все было напрасно. Постепенно на замену отвращению стала приходить боль. Боль заставляла меня злиться. Она разрывала меня на части, постепенно нарастая. Такой боли я не испытывал даже когда магистр уничтожил мое тело. Вместе с болью нарастала и моя злость. А кто они такие? Какое право имеют так поступать со мной? Я не должен стараться понравиться им, они должны хотеть, нет желать, чтобы я просто знал о их существовании. Знал, что существуют такие ничтожные твари. Я растопчу, разорву их на части. Уничтожу саму их суть. Сотру любые воспоминания о них.

Злость все росла и росла, а вместе с ней стало пропадать желание заговорить с этими, даже не знаю, как назвать, созданиями, сущностями, тварями. Наоборот, я захотел, чтобы эта мерзость была от меня как можно дальше. Постепенно злость стала затмевать собой боль. В одно мгновенье все изменилось. Боль исчезла, а злость позволила мне пробить невидимый барьер. С гулким хлопком вокруг меня что-то лопнуло и осыпалось мириадами святящихся искр.

Я увидел их: длинные белесые тела, похожие на огромных дождевых червей, размером с руку взрослого человека. На том месте, где по логике должна была находиться голова этих тварей, было уродливое, человеческое лицо.

Они летали вокруг меня, заключив в плотную сферу из омерзительных тел. Лица были отвратительны, бледные, сморщенные как у столетней старухи. Все как один имели маленькие, пустые глазницы, огромный непропорциональный рот, и черный провал на месте носа. Рот постоянно находился в движении. Каждая из тварей что-то говорила, даже не пытаясь остановиться. Тысячи голосов сливались в единый гомон.

Вся эта ситуация меня дико раздражала, к злости прибавилась ярость, окрасившая пространство вокруг меня фиолетовым отсветом. Я представил, как ближайшая ко мне тварь медленно распадается на ленточки, словно попала под разделочную машину. Резкий визг, на мгновенье заглушивший общий гомон, заставил меня поморщиться. Тварь осыпалась тонкими лентами и исчезла.

— Выкусите, уроды! — в бешенстве заорал я. На этот раз меня услышали абсолютно все твари. — Хотели меня сделать одним из вас. Сдохните! Сдохните все до единого! Пошли прочь из моей головы!

Поняв, что они не смогут подчинить меня, твари бросились в атаку. В надежде растерзать мое сознание на кусочки и поглотить.

— Еда.

— Хоть что-то.

— Убить не подчинившегося.

— Растерзать его.

— Поглотить его.

— Стереть его.

Они смогли бы со мной справиться, если напали в самом начале, сейчас же я не оставил им ни единого шанса. Я ощущал, что становлюсь сильнее, словно что-то помогало мне, щедро делилось силой, давая возможность выстоять в этой схватке.

Кошмарные червяки распадались на лоскуты, осыпались пеплом, разлетались на ошметки, я рвал их руками, появившимися по моему желанию. Меня по-прежнему окружало фиолетовое свечение. Именно благодаря ему, ни одна тварь не смогла прикоснуться ко мне. Мое тело, сознание, точно не знаю, как это называется, было покрыто спасительным свечением словно пленкой, создающей непроницаемый для червей барьер.